Книга Запретная алхимия, страница 123 – Стейси Макьюэн

Он закатил глаза. В последнее время он часто так делал, когда я начинала говорить.

— Не будь драматичной. Нечего бояться.

— У нас с тобой как раз есть все причины для страха. Ты правда веришь, что нас не отправят на передовую?

Он сдавил переносицу.

— Нина, хватит. Прекрати это.

— Прекратить что? – Мой голос звучал совсем тихо.

— Эту… наивность! Мы больше не дети.

Я глубоко вздохнула. Один раз. Второй.

— И что это должно значить?

— Боже мой, Нина. Это значит, что у нас есть обязанности. Ты действительно думала, что мы сможем вечно держаться за руки и игнорировать то, кем мы являемся?

Словно нож вонзился в грудь и провернулся прямо в сердце.

— Значит, ты готов выполнить любой приказ? Каким бы он ни был?

Тео в изнеможении покачал головой.

— Нина, – взмолился он. – А какой еще у нас есть выбор?

В темноте маячил другой выбор.

— Мы могли бы отказаться, – сказала я. – Ты и я. Мы могли бы отказаться быть их оружием.

Я увидела, как в его глазах опустился невидимый занавес. Нож вошел глубже.

— Что?

— Мы могли бы это сделать, Тео. – Я схватила его за запястья. – У нас есть свои головы на плечах. Почему мы должны позволять им верховодить?

— Тс-с! – прошипел он, оглядываясь через плечо и высвобождая руки так, словно отбивался от животного. – Тише. Мы окружены всеми лордами нации.

— Тео. – Теперь я уже умоляла его. – Пожалуйста. Подумай об этом.

Под воротником моего платья висел изумруд, который он подарил мне год назад, когда будущее казалось бесконечно далеким. Я привычно сжала его через ткань.

— Единственное, чего я хочу… это ты. – Я болезненно осознавала, насколько жалко сейчас выгляжу.

Его голова опустилась с тяжелым вздохом. Он покачал ею, а когда снова поднял взгляд, в нем читалась усталость. И печаль.

— Нина, – произнес он. – Сразу после выпуска я уезжаю в Торнтон. Я… я приму там свое посвящение.

Лезвие вошло в мое пульсирующее сердце на всю длину. Я пыталась узнать в стоявшем передо мной человеке прежнего Тео и не могла. Он казался чужаком.

— Что?

У меня вырвался судорожный вздох; казалось, легкие вот-вот откажут. Тео отвел взгляд.

— Когда? – выдавила я.

— Через день после Церемонии.

— И ты уже все решил?

— Да, – твердо ответил он. Его подбородок подрагивал, но глаза были словно из стали. – Я должен, Нина. Должен ехать.

— На… надолго?

— На два года.

Это казалось вечностью, которую невозможно преодолеть.

— Это… твой отец настоял?

— Отец предложил это, да, – ответил он. – Если вспыхнет революция, он считает, что там понадобятся силы для охраны доков. Это мой долг, Нина.

Я пошатнулась.

— А как же мы? Как же я?

Тео встретился со мной взглядом, и на секунду его фасад треснул.

— Таннер хочет, чтобы ты осталась здесь.

— Я не об этом.

Его грудь вздымалась. Я гадала, как долго он держал этот последний снаряд заряженным и нацеленным в меня.

— Нина, нам всего восемнадцать. Думаю, нам лучше расстаться.

Потом было еще много слов. О природе перемен, о том, как они незаметно подкрадываются к человеку. Он извинялся и извинялся, пока я окончательно не захлебнулась в его оправданиях. Я смотрела на землю под его ногами и гадала, почему я могу так легко сдвинуть ее, но не могу сдвинуть его.

Когда Тео зашел за мной в сумерках, как и обещал, он не протянул мне руки. Его глаза расширились при виде моего платья. Я боялась, что его тайком стащили из гардероба чьей-нибудь несчастной жены. Оно романтично облегало талию красной материей, а вдоль спины тянулся ряд пуговиц. При первом взгляде в зеркало я подумала, что выгляжу эффектно. При втором – ужаснулась тому, как непристойно выглядела моя грудь в этом декольте. Пришлось накинуть шаль.