Книга Позывной "Ноль", страница 90 – Кристи Хант

Мне нужно взять себя в руки. Собраться, черт возьми, я же офицер, я солдат! Опускаю ладони, тру лицо, пытаясь смахнуть липкий пот, и сквозь пелену перед глазами смотрю на топчан.

Кристина лежит там, прекрасная, нежная, такая желанная, свернувшись калачиком среди разорванной одежды. Она выглядит такой маленькой и беззащитной в этом сером полумраке. И тут я замечаю, как в свете уцелевшей лампы по ее щеке ползет блестящая дорожка. Она плачет. Тихо беззвучно глотая слезы. Это из-за меня, я ее довел! Внутри все переворачивается. Моя вспышка страсти, мой резкий откат назад: она обиделась… Сердце сжимается от глухой виноватой тоски.

Я лежу на жестком топчане, замерев и почти не дыша. Шок выжигает все эмоции, оставляя внутри звенящую, холодную пустоту. Слез нет — лишь одна одинокая капля скатилась по виску и затерялась в волосах. Я не буду плакать и биться в истерике! Я просто лежу неподвижно, уставившись в потолок лазарета, пока в голове крутятся дикие, ранящие мысли. Все было так прекрасно… Секунду назад его губы дарили мне сумасшедшую нежность, тело выгибалось от блаженства, а разум плавился от неиспытываемых раньше наслаждений. Мой первый мужчин, мой Морган! И вдруг он просто берет и уходит. Снова. Это уже не в первый раз! Что со мной не так?! Я ведь люблю его. Хочу быть с ним, принадлежать ему целиком, особенно сейчас, на краю гибели. Со своими шлюхами он спит совершенно спокойно! А со мной? Чем я не угодила? Емы было так плохо со мной, что он и продолжить не захотел?

Не выдержав этой удушающей тишины, я негромко зову его:

— Морган?

Из дальнего угла раздаётся его хриплое дыхание. Он сидит, зажав голову руками, его крупно трясет.

— Подожди минутку, Кристина… — выдыхает он сквозь зубы. — Дай… дай отдышаться.

Я закрываю глаза, и губы горько кривятся. Он не хочет меня, только отвлекся от завала, чтобы я не мешалась под ногами…

Пересиливая адскую, разрывающую боль в паху и жжение в плече, поднимаюсь на ноги. Шатаясь, будто после удара, преодолеваю эти несколько метров до топчана и опускаюсь на крой рядом с ней. Ее тело замерло, натянутое как струна. Я бережно, стараясь не делать резких движений, набрасываю на нее обнаженные плечи обрывки куртки. Прикрываю ее от холода и сырости этого вонючего подземного лазарета.

Затем я аккуратно притягиваю ее к себе, обнимаю со спины и начинаю баюкать, покачивая из стороны в сторону, словно маленького напуганного ребенка. Моя ладонь гладит ее по волосам, успокаивая, хотя меня самого все еще крупно трясет от желания.

— Прости меня, Кристина… — хриплю я ей в макушку. — Прости… Я … я просто не знал, что у тебя никого не было. Что ты чиста. Если б знал, то никогда не допустил этой грязи и не стал бы…

Она замирает в моих руках, а потом резко поворачивает ко мне бледное лицо. В ее глазах — смесь шока и недоумения.

— Как это — не знал? — ее голос дрожит от обиды. — Морган, ты же годами следил за мной, ты спас меня от этого извращенца Тедди, от пожара, оплатил мое обучение! Ты всегда был рядом! Неужели ты не замечал, что у меня даже парня никогда не было?

Я тяжело вздыхаю, утыкаясь лбом в ее плечо. Что я могу сказать ей? Что безумно ее ревновал к каждому столбу и сам придумал ей грехи? Что старался держаться от нее как можно дальше, чтобы не видеть ее личную, интимную жизнь?