Книга Кайкейи, страница 97 – Вайшнави Патель

Мы действительно обсуждали Чеди на заседании совета на прошлой неделе. Их деревенский совет в этом году отказался платить дань, поэтому один из людей министра финансов собирался идти туда с небольшой группой солдат, чтобы получить плату.

Но для такой деревушки, как Чеди, расположенной на самой окраине, это и правда может выглядеть как объявление войны, а мы не учли такой возможности.

— Царь Дашаратх не собирается воевать с Чеди, – сказала я наконец. – Он просто посылает туда делегацию.

— Что посылает? – негромко переспросила Мугдха. Она казалась на несколько лет старше своей подруги и говорила, глядя не на меня, а на собственные руки.

— Такую… небольшую группу людей, – объяснила я. – Несколько солдат, несколько чиновников. Им нужно обсудить дела с вашими старейшинами. Я бы на вашем месте не волновалась. А вот твоему брату я бы посоветовала прекратить распускать подобные слухи.

Говоря, я отыскала нити доверия между нами и слегка подкрепила свои слова.

Саралаа взяла мою руку в обе ладони и склонилась над ней.

— О, благодарю тебя, рани! Мы так волновались. – Ее подруга толкнула ее локтем, и она выпустила мою руку. На ее лице появилось выражение ужаса. – Прошу прощения, рани.

Я протянула руку и сжала ее пальцы. В этой девушке чувствовался характер, и я не хотела, чтобы она меня боялась.

— Спасибо, что доверилась мне.

Когда они ушли, я посмотрела на Ашу. Она, казалось, осталась даже слишком довольна этим разговором.

— Как странно, что они пришли ко мне в такой поздний час, – мягко сказала я.

— Они называют нас «женским кружком», – сказала Аша, не отрываясь от маленькой туники, которую подшивала для Бхараты.

— Кто нас так называет?

— Да почти весь дворец, – вмешалась Сумитра и тоже принялась за шитье. Сумитра была прекрасной вышивальщицей и сейчас накладывала крошечные драгоценности на маленькие дхоти для каждого из мальчиков.

— Что это значит? – спросила я и подумала: как же я не слышала об этом?

Вероятно, я слишком полагалась на Плоскость Связи в поисках информации, а она никак не могла помочь мне ответить на вопросы, если я не знала, что именно спрашивать.

— Люди знают, что мы вот так собираемся по вечерам. Не у всех это название звучит по-доброму, но женщины во дворце произносят его именно так. – Аша отложила работу и посмотрела на меня, опершись на локти. – Они хотят, чтобы их тоже пригласили. Некоторые служанки просят меня об этом.

Это поразило меня, как удар молнии.

Наше светское увеселение превратилось в нечто большее, притом безо всяких моих усилий. Люди хотят прийти и поговорить со мной, с нами, потому что мы обладаем властью. Вот он, шанс сделать то, о чем я всегда мечтала, – преподнесен мне прямо на серебряном блюдечке.

— Если ты им доверяешь, приводи их, – сказала я. – Это наша ответственность.

Несколько дней спустя мы с Каушальей сидели и вместе страдали на удивительно скучном представлении кавиты. Сумитра отпросилась, сославшись на усталость, и я втайне позавидовала ее находчивости.

Мужчина рассказывал историю племени обезьян, жившего на юге Бхарата. Хотя на вид это были самые настоящие обезьяны, они выстроили огромный город среди деревьев. Ими правили цари, они вели войны, как и мы, так что рассказ о них мог бы быть очень увлекательным. Но, пока мужчина подергивал струны на своей вине и что-то гнусаво бубнил, я могла думать только о том, что это оскорбление для обезьяньего племени.