Книга Бесконечный дом, страница 32 – Джереми Бейтс

— Нет, – Хелен покачала головой, – но я об этом думала.

— И?..

— Должно быть, дело в зеркалах…

— А? – В голове у меня понемногу прояснялось.

— Ты же знаешь игру в «холодно-горячо», правда?.. Ты уверен, что тебе лучше? Ладно, ладно, не буду донимать. Ты играл в нее в школе?

— Когда учитель что-то прячет…

— А ты ходишь по классу, выискивая это, а одноклассники говорят тебе «холодно» или «горячо» в зависимости от того, далеко ты от этого или близко. Так вот… я думаю, зеркала играют роль наших одноклассников. Возле лилипута зеркала покрывали каждый дюйм стен. Нам было горячо. Теперь они совсем разбросаны. Холодно.

— Улавливаю… – Я устроился на полу поудобнее. – Значит, как я и говорил, вернемся по крошкам и найдем актера.

— Но если он меня хоть пальцем тронет… – поджала губы Хелен.

— Не тронет, Хелен. Если он тебя тронет, ты можешь подать на него – и на Изу – в суд. Да и потом, если осмелится… блин, да он ростом мне по пояс. Не осмелится.

— Отстойная игра. – Она скрестила руки на груди.

— Это ты мне говоришь? – хмыкнул я.

* * *

— Не может быть! – Стоя на четвереньках, Хелен обыскивала пол. – До сих пор ни крошки!

— Может, мы на них наступали? – предположил я, осматривая подошвы своих туфель.

— Глупости! Я бросала их позади нас, по всему этому тоннелю, по крошке каждые ярдов десять.

— Так куда ж они подевались?

— Лилипут, – вдруг проронила она и аж зажмурилась.

— А? – Я тряхнул головой. – Нет… ты думаешь?

— Должно быть. – Хелен поднялась на ноги. – Кроме него, с нами тут больше никого.

— Твою мать, – пробормотал я, понимая, что делаю скоропалительные выводы, но делать скоропалительные выводы о людях вполне приемлемо, по моим понятиям. Я возвысил голос: – Эй, козлина!

Издевка раскатилась по коридору сладостным эхом.

— Джо, прекрати!

— Прекратить? Мы здесь заблудились из-за него, Хелен. Может, он дожидается, когда наш факел погаснет. Может, это самая гребаная жуть.

— Джо, не бери в голову. Я тоже сержусь, но если мы рассердим его, это нам ничем не поможет.

— Я собираюсь дать ему такого пинка по крохотной заднице, что на Луну улетит.

— Джо! – Стиснув мое запястье, она посмотрела мне прямо в глаза. – Просто… успокойся.

Я проглотил досаду. В отличие от Хелен, у меня ноги не ныли (в конце концов, они уже отшагали полпути вокруг глобуса, и достаточно натренированы, чтобы отшагать еще полпути), но тяжесть в голове у меня еще не прошла, меня достала студеная сырость тоннелей, и больше всего на свете мне хотелось вернуться на улицу, к свежему воздуху и солнышку… а в ближайшее время мне это не светило.

— Все это лажа, – буркнул я.

— Ау! – обходительным тоном окликнула Хелен. – Эгей! Мистер фашист! – прислушалась в ожидании ответа, но напрасно. – Мы знаем, что вы где-то поблизости. Мы знаем, что вы собрали наши маффинные крошки. Мы также знаем, что выход в следующий чертог где-то близко от того места, где мы начали. Так не могли бы вы оказать нам любезность помочь вернуться туда, чтобы мы могли завершить это испытание?

Гробовое молчание.

— Он не может просто игнорировать нас… – произнесла Хелен.

— Похоже, он с этим прекрасно справляется, – отозвался я.

— Мистер фа-а-а-ашы-ы-ы-ы-ыст!

— В задницу его.

Подойдя к ближайшему зеркалу, я замахнулся локтем и двинул им по вогнутому стеклу. Большие иззубренные осколки рухнули на пол.