Книга Бесконечный дом, страница 31 – Джереми Бейтс

Вылетев из дома как оглашенный, я поселился в «Комфорт Инн» в нескольких минутах езды от дома. А когда через несколько дней вернулся домой, Джен была само смирение. Чем она могла загладить вину передо мной? Чем могла снова заслужить мое доверие? Я спросил, было ли это лишь раз. Она сказала, что да. Удалила телефон Блейка на следующий же день и в библиотеку больше не ходила.

Так что я ее простил.

Отношения между нами были уже не те, но я ее любил, не мог представить ее с кем-нибудь другим и потому простил.

Интрижка – во всяком случае, ее кульминация – разыгралась примерно за неделю до Рождества, и теперь, стоя на смотровой площадке и глядя на Джен, Блейка и девочку, я снова переживал гнев, гадая, не ходила ли Джен с Блейком Брауном в лес, чтобы срубить елку. Не устанавливал ли он ее с гордостью у себя в гостиной? Не предназначался ли один из подарков под ней для Джен? Не был ли один из них от Джен для него?..

Они принялись целоваться, причем Джен небрежно держала у бока работающую бензопилу, а ладони Блейка оглаживали ее спину и ягодицы. Сунув ладонь ему между ног, Джен ласкала его гениталии, а девочка отплясывала вокруг них, швыряя в воздух пригоршни обугленной травы, как конфетти…

А затем Джен лежала на бетоне аэропорта, истекая кровью. А я был там же, стоял на коленях рядом с ней, держа ее за руку. Она пыталась что-то сказать. Но из ее изувеченного рта вырывалось лишь бульканье и реки крови. Но что делало этот сон таким безбожно ужасным, что делало его худшим из моих кошмаров, это то, что я был рад видеть Джен такой, рад, что у нее больше нет губ, чтобы целовать Блейка Брауна, хоть она и обещала мне больше никогда не видеться с ним… рад, что из-за корявого вывиха судьбы она получила как раз то, что заслужила.

* * *

Когда я открыл глаза, Хелен сказала:

— Джо!

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и вспомнить, что произошло. Сон еще ярко и живо стоял у меня перед глазами, и воспоминания были почти столь же мучительными, как мигрень, занимавшая их место перед тем. Отвращение и ненависть к себе за эти омерзительные мысли, пусть даже и пришедшие в забытьи, рвали мне душу, и в этот миг мне не хватало Джен больше, чем кого бы то ни было и когда бы то ни было за всю мою жизнь.

— Джо! – встревоженно повторила Хелен.

Хотя больше всего на свете мне хотелось снова закрыть глаза, отыскать путь обратно в сон и все исправить, я со стоном сел.

— Боже, – пролепетал я и обнаружил, что во рту меня сухо, как в пустыне.

— Ты… в норме?

Обводя десны языком, я, не подумав, кивнул – и тут же спохватился. Однако пламя угасло; черви скрылись, но лишь до следующего раза. Они вернутся непременно.

Я глубоко, чуть ли не горестно вздохнул.

— Ты был белый как мел, – сообщила Хелен. – Я так напугалась!

— А сейчас?

— Я еще напугана. Ты просто… ты буквально рухнул и отключился.

— В смысле, я еще белый?

— Нет, выглядишь отлично. Ну нормально… Что случилось?

— Мигрень.

— Мне показалось, что ты умираешь.

— Чувствовал я себя куда хуже этого.

— И часто они у тебя?

— Раз в месяц-два.

— А лекарств у тебя нет?..

— Ничего не помогает. Все перепробовал. Так что я просто… справляюсь с ними. – Я снова вздохнул. – Не думаю, что пока я был в отключке, лилипут наведался, чтобы сообщить тебе дорогу до следующего чертога?