Книга Бесконечный дом, страница 23 – Джереми Бейтс

Хелен вытащила его. Рукоятка факела была изготовлена из бедренной кости оленя или другого животного такого же размера, а головка пылала ярко и высоко. Любопытно, кто же зажег фитиль, ведь Задница нипочем не втиснулся бы в пролом, чтобы до него добраться.

Хелен шумно помахала факелом туда-сюда.

— А он тяжелее, чем выглядит!

— Тебе он к лицу.

— В каком смысле, Джо?

— В тебе есть что-то первобытное, и он тебе к лицу.

— Первобытное? Ты же сказал, что я похожа на Елену Троянскую. Ее первобытной не назовешь.

— Так это когда было! Теперь я знаю тебя лучше…

Она ткнула факелом в мою сторону. Если б я не отшатнулся, она опалила бы мне брови.

— Эй! Поосторожнее!

— Ты меня совсем не знаешь, – бросила Хелен, устремляясь по тоннелю.

Я поспешил следом. Больше она не обмолвилась ни словом, и мне пришло в голову, что я вывел ее из себя по-настоящему.

— Одно помещение долой, – сказал я только чтобы нарушить молчание. – Осталось восемь.

Хелен промолчала.

Я взглянул на нее искоса, но лицо ее хранило безразличное выражение.

— Что? – буркнула она.

— Похоже, ты разозлилась.

— Это было не смешно.

Как я ни крутил реплику «знаю тебя лучше» у себя в голове, но ничего такого уж оскорбительного в ней ни нашел. И тон у меня был откровенно шуточный.

Мы шагали в молчании, и мои мысли в конце концов переключились на бывшую знакомую, девушку по имени Лиза Барлоу. Это было за пару лет до знакомства с Джен, и я, будучи холостяком, активно приударял за юбками. Я жил в кондоминиуме во Флагстаффе, Лиза жила этажом ниже, и мы свели в лифте шапочное знакомство. Однажды в пятницу она пригласила меня к себе выпить. У меня уже были планы на вечер, но я пообещал заглянуть к ней перед выходом в свет. Вскоре это стало нашей традицией: каждую пятницу или субботу вечером мы выпивали вместе по паре бокалов у нее или у меня, прежде чем разбежаться в разные стороны. Мы прекрасно ладили, были ровесниками, имели много общего. Наверное, мы могли бы стать хорошей парой. Впрочем, думаю, отношения остались платоническими, потому что мы прозевали подходящий момент; мы оставались друзьями слишком уж долго для того, чтобы дружба переросла в нечто большее. Потому что как же целоваться с другом? И что станет с дружбой, если роман выйдет боком или попросту загнется? Теперь я задним умом понимаю, что слишком уж заморачивался, и все у нас могло бы сложиться распрекрасно.

Суть в том, что мы так и не сблизились… но в конечном итоге наша дружба все равно пошла прахом.

Однажды у меня не было планов на выходные, и вместо того, чтобы заглянуть к Лизе на один-два бокала, я кончил тем, что нализался в зюзю. Она тоже нализалась, потому что месила новый филиппинский коктейль, который только что открыла для себя, какой-то там «Венг Венг» – по сути, «Лонг-Айленд айс ти»^[13] на стероидах. В какой-то момент – события того вечера вспоминаются как в тумане – она предложила выбраться куда-нибудь, поужинать, что ли, а я в шутку брякнул, что мы не можем, потому мы не друзья-друзья, а друзья-соседи.

Ну и вот. Она ушла в себя. Я вдруг почувствовал себя словно в гостях у чужака, нашел какой-то предлог ретироваться и, доковыляв до своего кондоминиума, вырубился.

Лиза так и не отошла после той невинной реплики. Она больше не приглашала меня к себе и больше не отвечала на мои звонки и сообщения. Натыкаться друг на друга в лифте стало такой пыткой, что в конце концов я переехал.