Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— Федя, кто это? С неё рекой льётся! Ох, что за напасть… Иди, укладывай её на диван, я схожу за аптечкой… Что за напасть-то среди ночи… Надо звонить в полицию. — Не надо, Катерина, погоди пока. Полиция успеется. Сначала живую спасти надо… Меня опустили на мягкую поверхность, в которой я тут же начала тонуть, как в тёплом болоте. Ватное тело наполнялось лёгкостью, и мне чудилось, будто я отделяюсь от него и лечу куда-то вверх… «Снова? Опять эта коварная лёгкость, предвестник конца? Может, в этот раз я всё же догоню Марка?» Вдалеке раздавались голоса, будто из-под воды: — Уже размотал? Вот, держи. — Нужна твоя помощь, Катюша. Зажми вот тут… Не боись, дави! Прижимай, говорю… Беда, придётся подшивать… Только бы кишки целы… Надеюсь, внутри всё не так плохо, как снаружи. Прикрой ей рот и держи крепче, чтоб детей не разбудила. Сейчас буду вводить иглу… Чья-то ладонь грубо зажала мне рот — пахнущая луком и мылом. И тут же — ослепительный взрыв белой молнии внутри, рассекающий от живота до самого темени. Стальная игла вошла в плоть и потащила за собой нить, сшивая разорванные края моей жизни. Я не закричала — я взвыла в ладонь незнакомки, и тьма нахлынула, как милость… * * * … «Лучше всего ешь тогда, когда не думаешь о закуске, и лучше всего пьёшь, когда не ждёшь другого питья: чем меньше человеку нужно, тем ближе он к богам». Сократ знал толк в людях, и с тех древних пор они ничуть не изменились. Открыть в себе нечто, что позволило бы пренебречь славой, богатством и прочими неизменными атрибутами «успешного человека», как мелочами жизни, было доступно каждому — и одновременно уделом немногих. Каждый ли человек встаёт перед чертой, когда на ум невольно приходит вопрос: а что заберу я с собой на тот свет? Каждый ли в итоге находит верный ответ? Не деньги ведь, славу или почёт, и даже не друзей и врагов, а только воспоминания. Именно они останутся, когда всё остальное перестанет иметь значение. Тёплая радость от пережитых ярких впечатлений, горечь упущенных возможностей и вязкая печаль в наказание за совершённые проступки — это та самая, последняя и уникальная печать, которая ляжет на мой билет, когда я перешагну через борт лодки Харона… Я пошевелилась. Было тепло и мягко, шерстяной плед согревал, а хрустящая накрахмаленная подушка, словно облако, окутывала затылок. — Пришла в себя? — раздался рядом прокуренный баритон. — На вот, попей… Открыв глаза, я обнаружила стоящего надо мной вчерашнего мужичка. Приняв из его рук стакан с водой, осушила его в три глотка, а мужчина опустился в мягкое, потёртое кресло сбоку и уложил себе на колени электростатический бластер. Похлопав ладонью по прикладу, с ленцой протянул: — Ты не смотри так, это мера предосторожности. Не каждый день ко мне захаживает беглый перебинтованный с ног до головы мех с пистолетом в кармане. Поэтому, сама понимаешь, я готов к чему угодно. И не нужно проверять мою готовность, договорились? Я попыталась прикинуть, сколько времени прошло с момента стычки в поезде, и не смогла. — Какой сегодня день? — выдавила я. — Пятое января, десять утра. В иной ситуации я бы и спрашивать не стал, но… скорую вызвать? Я рефлекторно дёрнулась, и резкая боль пробила живот. — Чёрт, как же… Не надо скорую… Тот коротко кивнул. |