Книга Натурщица, страница 108 – Эсми Де Лис

— …известный медиамагнат Вильям Дезмонд бесследно исчез сегодня днем прямо из своего загородного особняка, – чеканит диктор. – Полиция обнаружила следы борьбы…

Я замираю. Чаша выскальзывает из ослабевших пальцев. Керамика глухо ударяется о ковер, чипсы разлетаются по полу, но я даже не вздрагиваю. Я смотрю в экран, где показывают фото властного мужчины с жестким взглядом. Того, который угрожал мне. Того, кто хотел уничтожить мое будущее.

— Что?.. – шепчу я, чувствуя, как кровь отливает от лица. – Это же… отец Рейза.

Сердце начинает колотиться о ребра, причиняя физическую боль. По спине пробегает липкий мерзкий холодок. «Срочные дела». Эта фраза всплывает в памяти и пульсирует в висках.

Нет. Нет, это бред. Он не мог. Это его отец. Каким бы он ни был.

Звук открываемой двери разрезает тишину. Я подпрыгиваю на месте. Рейз заходит в гостиную. Он выглядит… так обыденно. Такой спокойный, собранный, и ни капли волнения. На его одежде ни пятнышка, волосы лежат идеально. Он снимает куртку и небрежно бросает ее на спинку кресла.

— Ты уже слышала? – говорит он будничным тоном. Рейз мельком бросает взгляд на экран телевизора, где все еще крутят фото его отца.

Я резко встаю, ноги дрожат так, что колени подгибаются.

— Ты… знал? – Голос срывается на сип.

Он не отвечает сразу. Медленно снимает часы, кладет их на журнальный столик. Поправляет манжет рубашки. Каждое его движение пропитано ледяным спокойствием.

Так ведет себя не сын. Так ведет себя убийца, который вернулся с работы.

— Рейз. – Я делаю шаг назад, чувствуя, как паника сжимает горло. – Твой отец… Он пропал. Почему ты такой спокойный?

Наконец он поднимает на меня глаза. В них зеленая бездна, в которой нет ни капли сожаления или страха.

— Потому что я знаю, где он, – просто отвечает Рейз.

Меня накрывает ужасом.

— Твой отец не разрешил нам быть вместе, верно? Он перекрыл мне кислород, забрал стипендию… – Слова вылетают из меня лихорадочным шепотом. – Что ты сделал с ним?

Рейз делает шаг ко мне. Я вздрагиваю.

— Он слишком долго мешал нам, Лили, – тихо говорит он, и от его спокойствия мне хочется кричать. – Слишком долго думал, что может управлять твоей жизнью и моей. Он считал себя всесильным. Мне это надоело.

Он произносит это так просто, словно говорит о сломанной мебели, которую выбросил на свалку.

— Ты… ты убил его? – Я зажимаю рот рукой, чувствуя вкус желчи.

Рейз останавливается в шаге от меня. На его губах играет легкая тень хладнокровной улыбки.

— Я убрал препятствие. Теперь никто не встанет между нами. Ты ведь этого хотела? Свободы?

Холод внутри расползается все глубже, замораживая внутренности. Я смотрю на него и понимаю: передо мной не человек. Это чудовище, которое ради своей извращенной любви готово переступить через кого угодно.

Я не верю. Мой мозг отказывается обрабатывать этот факт, выстраивая спасительные стены отрицания. Но его спокойствие разрушает их одну за другой.

— Господи… – выдыхаю я. Ноги подкашиваются, становятся ватными. Я хватаюсь за спинку дивана, чтобы не упасть, потому что пол уходит из-под ног. – Как… ты мог?

Он стоит неподвижно, наблюдая за моей реакцией. В его поведении нет раскаяния.

Я не выдерживаю. Дамбу прорывает. Все, что копилось месяцами, – страх, сомнения, любовь, боль – вырывается наружу оглушительным криком.