Книга Болевой порог, страница 36 – Ольга Вечная

Ремарка - ко всему прочему я ещё левша и абсолютный аудиал. Мой отец так и не понял, как так вышло, что я родился именно у него, такого во всем стандартного.

Прогуливаюсь по второму этажу - тихо, свежо, двери кабинетов закрыты, коллеги работают. Рядом с парочкой ожидают пациенты. Нужно будет уточнить, пришли раньше или сбилось расписание.

А чуть дальше по коридору, прямо у лестницы, горько плачет девочка.

На вид лет семь-восемь, мелкая, две тонкие косички ниже плеч. Черное платье, черные колготки, черные кроссовки.

Довольно мрачная девочка.

В больнице часто плачут дети, но обычно рядом с ними в этот момент суетятся родители.

— Привет, что случилось? У вас что-то болит?

Встрепенувшись, она вскакивает на ноги, быстро вытирает щеки рукавами и поднимает глаза. Почему-то ее взгляд кажется смутно знакомым, хотя именно эту девочку я вижу впервые - обычно помню всех своих пациентов, в том числе детей.

— Ничего.

— Просто так дети не плачут.

— Не ваше дело.

— И где, вообще, родители? Юная леди, вы ведь не сами сюда пришли?

— Нет, конечно, мне восемь лет, дяденька, вы считаете, что я сама записалась на прием и приехала на автобусе? Вообще-то я умею ездить на автобусе и даже знаю маршрут, но мама говорит, что она позволит мне передвигаться по городу самостоятельно не раньше, чем поседеет. Она считает, что дети не должны самостоятельно принимать судьбоносные решения.

— Мама дело говорит.

— У меня очень умная мама, - произносит так, словно это общеизвестный научный факт. - Она на приеме, я ее жду. Вы можете идти.

— В каком кабинете?

Девочка заметно настораживается.

Лжет? Я склоняю голову набок.

— Меня зовут Захар, и это моя клиника. Не бойся, я здесь всех знаю.

— А-а-а-а, новый босс! - многозначительно кивает головой и прищуривается снова знакомым образом.

Я тоже щурю глаза, и девочка сжимает губы, осознав, что сболтнула лишнего.

— Так как ваша фамилия?

— Я не разговариваю с незнакомцами! Идите, пожалуйста, куда шли! У взрослых всегда много дел, так и займитесь ими.

— А у вас какой план? Продолжите рыдать?

— Я там, где веселье умирает, - произносит с достоинством (*фраза из сериала «Уэнсдей», Захар не в курсе - прим. автора).

Странная мрачная девочка. Не успеваю ответить, как позади раздается голос, который я узнаю из тысячи:

— Лиза, ты маму ждешь?

Артемьева выходит из кабинета.

— О боже нет, - ахает девочка, хватаясь за голову. - Только не это.

Она явно собирается рвануть к лестнице, и я, несмотря на то, что мысленно плюсую к последней фразе, преграждаю путь - не хватало ещё ей сбежать и потеряться.

— Лиза, Софи Максимовна же знает, что ты здесь? Где мама?

— А. Так вы дочка Зиминой, - догадываюсь я. Теперь сходство кажется совершенно очевидным. - Приятно познакомиться.

— Дерьмо, - со вздохом отвечает поникший ребёнок.

— Софи Максимовна по моему поручению уехала в налоговую, скоро должна вернуться. Позвольте пока угостить вас какао?

Лиза бросает недоверчивый взгляд на Артемьеву, и я добавляю:

— Разумеется, на территории больницы. Мама, как вернется, в любом случае первым делом заглянет в ординаторскую.

— Это правда новый босс? - полушепотом уточняет Лиза у Артемьевой и лишь после кивка соглашается составить мне компанию.

— Вы все правильно делаете, лучше подстраховаться, - нахваливаю я ее осторожность, когда мы начинаем спускаться по лестнице.