Книга Болевой порог, страница 1 – Ольга Вечная

Все вымышлено. Любые совпадения случайны

Болевой порог - это индивидуальный уровень раздражения нервной системы, при котором человек начинает ощущать боль.

Нам то и дело лгут.

В составе коктейля «яблочный мартини», например, нет мартини. Буквально ни одной капли.

Или слова босса: «У нас все под контролем, Софи, провальное начало года - не повод продавать клинику. Мы выкарабкаемся, а ты сохранишь работу».

Наконец, вспоминаются обещания участкового, когда я в восьмом классе переводилась в другую школу. Улыбчивый седовласый мужчина пообещал, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах я не пересекусь с ублюдком Захаром Моревым, который непременно плохо кончит в глубокой канаве. Мне было четырнадцать, и я верила людям на слово.

Возможно, это лишь странное совпадение, но с понедельника имя рыжего мудака витает по клинике «Искреннее сердце», где я успешно работаю последние четыре года исполнительным, финансовым и операционным директором одновременно. Если бы Семенов Станислав Игоревич (босс) знал ещё какие-нибудь определения к слову «директор», бьюсь об заклад, моя трудовая выглядела бы ещё более впечатляюще. Семенов умеет создавать пафос. Увы, деньги он считает намного хуже.

Я вглядываюсь в реестр и вздыхаю. Все эти закупки протащили за моей спиной, и я понятия не имею, что теперь делать.

Когда-то Морев сделал мое детство невыносимым. Систематически и целенаправленно настраивал учителей и одноклассников против, при этом к психологу отправляли меня, а не его. К неуправляемому засранцу вопросов ни у кого почему-то не возникало.

Я старалась забыть о прошлом. Не гуглила его и не вспоминала специально, по крайней мере, до этой недели. Мама, отчим, друзья и бабушки твердили наперебой, мол, «зло будет наказано», «судьба возьмет свое», «бумеранг вернется». Бла-бла-бла. Обычно я не желаю людям плохого, но именно для него сделала исключение. Морев может быть собой доволен.

Когда руководитель сообщил, что мы в глубокой заднице или, дословно, что нашу клинику покупает неизвестный врач, который расписывается «З Моря», мир покачнулся. Знакомая подпись, слишком часто я ее видела.

И в смысле, блин, врач?

Не понимаю. Мне вообще другое обещали!

Апрель предстоит или тяжелым, или последним. Мы с главбухом Ольгой Андреевной сидим напротив друг друга в ее небольшом кабинете, куда я перебираюсь на время отчетов, и периодически вздыхаем, пытаясь хоть как-то свести первый квартал.

— А ты видела этого Морева? - вдруг спрашивает она, поправляя очки. - Говорят, молодой, примерно как ты. Красавчик. Ещё и харизматичный. Может, и к лучшему, наведет здесь порядок. .

Ольга Андреевна одна из немногих, кто обращается ко мне на ты. Ей под шестьдесят, и она гений бухгалтерии. Будь мы с ней хоть каплю менее коварны, из-за широкой души и буржуазных замашек Семенова «Искреннее сердце» закрылось бы ещё в том году.

— Нет, - быстро отвечаю. Частично это правда, вероятно, новый босс - какой-то другой Захар Морев. Мало ли их живет в стране. - А ты?

— Если бы! Мы тут отчетность кое-как закрываем, а Семенов, оказывается, клинику в это время тайком продает! Я тридцать лет в бухгалтерии, а такое вижу впервые. Кому расскажи - стыдно.

— Юротдел (состоящий, правда, из одного Руслана Меньшова, но так звучит солиднее) тоже в шоке. Не понимаю, как так можно.