Книга Болевой порог, страница 9 – Ольга Вечная

С другой стороны, у меня есть моя дочка - мое солнышко и сокровище, которую люблю больше жизни. Первые три года Степан делал вид, что ее рождение его не касается, швырял нам смехотворные алименты. Потом вдруг осознал, как мы ему дороги.

Я не стала препятствовать их общению. Он живет с мамой, и та тоже души в Лизе не чает - единственная внучка, наследница. Но замуж за него я не пошла.

От Степана приходит сообщение - фотография Лизы у школы. Дочка улыбается, волосы заплетены в хитроумные косы и повязаны бантом - полагаю, бабуля постаралась. Отправляю палец вверх.

Пока варю кофе, размышляю о будущим.

Уволиться - самое простое решение, которое первым приходит на ум. Не видеть Морева больше. Обходить тот район за километр, пусть школа и находится в пяти минутах.

Сбежать.

Снова, как в восьмом классе. Словно мышь.

Я сжимаю столешницу до белых костяшек, а потом, опомнившись, разминаю пальцы. Дышу. Самое главное, что я вынесла из терапии: я не хуже него. Вообще никого не хуже, а его особенно.

Больше всего на свете я боюсь стать той прежней. Исчезнуть, словно и не было. Раствориться в воздухе.

— Да пошел ты на хрен, Захар Морев, - говорю вслух в пустой кухне.

И отправляюсь на работу.

* * *

С самого утра в «Искреннем сердце» как в муравейнике. Хотя раньше врачи подтягивались ко времени приемов, да ещё и с опозданием в пять-семь минут.

Максим Крапивин, приглашенный айтишник, в белой отглаженной рубашке сыплет терминами. Рядом с ним наш Кузя - тощий, в черной мятой одежде, то и дело запивает энергетиком зевоту и кивает, показывая, что понимает, о чем речь. В принципе.

А может, они вдвоем обсуждают какой-нибудь «Роблокс» для взрослых?

Проходя мимо компов, я показываю Кузе кулачок, тот кивает. Никто из пациентов не должен знать, что за кибербезопасность клиники отвечает третьекурсник. Семенов платил ему копейки, и тот старался, как умел.

Юрист, которого привел Морев, выглядит устрашающе. Общается некоторое время с нашим Русланом, после чего тот запирается в туалете. Надеюсь, не плакать.

Администратор вместе с мастером чистят кофемашину, я же принимаю бутылки с водой и, наконец, проскальзываю на третий, административный этаж.

— Ольга Андреевна, - закрываю за собой дверь, подпираю ее спиной, словно кто-то ломится, и театрально выпучиваю глаза. - Вы видели, что там творится? А ещё даже пациентов нет!

— Перемены, моя дорогая. Раньше мы закрывали глаза на расхождения. Теперь расхождения закроют нас.

— ...

— Да шучу я! Проходи уже, располагайся.

Дальше обсуждаем пакет документов, который нужно предоставить новому начальству. В общем-то, у меня почти все готово, жду, пока главбух распечатает оставшееся.

Стараюсь не вспоминать, кто именно новое начальство. Решаю ситуативные проблемы. Если не понимаешь, что делать - разбей задачу на несколько маленьких и начни с первой. Или самой легкой. Главное, начни.

Принтер печатает, знакомо пахнет горячей бумагой.

— Боюсь я этих перемен, - медленно произношу, хотя не о том думаю. Он сейчас где-то здесь. В этом здании. Мы чудом не пересеклись, и хорошо бы так продолжалось до вечера.

— Ой, полно, - отмахивается Ольга Андреевна. - Бояться надо было, когда в оборотно-сальдовой ведомости Семенов вручную затирал нули. Я вот даже и не знаю, как об этом рассказать...