Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 128 – Сергей Орлов

Не просто провожающие — целая процессия. Мурад явился лично, в парадных одеждах, с сыном и свитой. Шейхи союзных кланов выстроились в почётный ряд. Воины, с которыми мы сражались бок о бок, стояли вдоль дороги, и некоторые салютовали, когда мы проходили мимо.

Подарки были царскими. Четыре великолепных арабских скакуна — поджарые, нервные, с шёлковой шерстью и умными глазами. Тюки с припасами, которых хватило бы на месяц пути. Охранная грамота с личной печатью Мурада, дающая право свободного прохода через любые земли Аравии. И увесистый мешок с золотом, от одного вида которого у Фили загорелись глаза.

— Наконец-то приличная оплата за спасение мира, — он взвесил мешок на руке и расплылся в довольной ухмылке. — А то я уж думал, что героизм — занятие сугубо убыточное.

— Не трать всё на девок и выпивку, — буркнул Серый.

— Обижаешь! Только половину.

Касим подошёл к Серому и положил руку ему на плечо. Старый шейх выглядел почти растроганным, насколько это было возможно для человека, пережившего три войны.

— Ты хороший воин, — сказал он. — Лучший из тех, кого я видел за последние двадцать лет. Если надоест твой холодный север — возвращайся. Мои люди примут тебя как брата.

Серый молча кивнул и пожал ему руку. Для него это было почти объятие.

Рита прощалась с женщинами из свиты Мурада, которые за эти недели стали ей почти подругами. Обещала писать, приглашала в гости в Петербург, принимала маленькие подарки — вышитые платки, ароматические масла, какие-то амулеты. Все понимали, что письма вряд ли дойдут через такое расстояние, и визиты вряд ли состоятся, но ритуал есть ритуал.

Зара не пришла.

Я искал её глазами в толпе, но делегации Золотых Копыт не было. Ни самой Зары, ни её воинов, ни даже знамени клана среди остальных штандартов.

— Она уехала на рассвете, — сказал Мурад, перехватив мой взгляд. — Сказала, что дела клана не терпят отлагательств.

Удобная отговорка. Я не знал, что чувствую по этому поводу — облегчение? Разочарование? Тревогу? Всё вместе, наверное. Мне не пришлось искать слова для прощания с ней. Но её отсутствие было громким, как крик в тишине.

— Береги себя, северянин, — Мурад обнял меня по арабскому обычаю, прижавшись щекой к щеке. — И помни: что бы ни случилось, у тебя есть друзья в Аравии.

— Спасибо, шейх. За всё.

Рашид стоял рядом с отцом, и когда я посмотрел на него, он чуть заметно коснулся груди — там, где под одеждой висел такой же камень, как тот, что он подарил мне. Связь. Напоминание.

Я кивнул ему и вскочил в седло.

Последний взгляд на город. На людей, которые стали почти своими. На жизнь, которая могла бы быть моей, если бы я сделал другой выбор.

— Поехали, — сказал я и тронул коня.

Маленький караван двигался на запад, к побережью.

Солнце поднималось за нашими спинами, удлиняя тени на песке. Впереди, за несколько дней пути, ждало море и корабль Австралийца, который должен был отвезти нас домой.

Филя ехал впереди и болтал без умолку, строя планы на Петербург.

— Первым делом — в «Медведя». Там Глашка работает, помните? Рыженькая, с веснушками и такими… — он изобразил руками нечто округлое. — Потом в «Три карты», там Михалыч наверняка уже скучает без моих денег. Потом…

— Ты собираешься пропить и прогулять всё золото за первую неделю? — поинтересовалась Рита.