Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 123 – Сергей Орлов

Мурад приказал принести разбитый артефакт, и я вызвался его осмотреть. Это был мой шанс понять, что происходит.

Осколки трезубца лежали на бархатной подушке — потухшие руны, потрескавшийся металл, остатки чего-то, что ещё недавно было источником силы. Я взял один из осколков в руки.

Кодекс в кармане слегка нагрелся, реагируя на чужую магию. Я сконцентрировался, пытаясь почувствовать остаточную энергию.

И почувствовал. Слабо, на грани восприятия. Но это была не человеческая магия. Не Покров. Что-то другое. Древнее. И знакомое.

— Это не британская работа, — сказал я вслух. — Британцы только нашли артефакт и научились его использовать. Но создан он давно. Очень давно.

Рита подошла ближе, её Покров Совы мерцал серебром.

— Я чувствую то же самое. Эта магия похожа на ту, что была в Храме.

Зал замер.

— Артефакт создавал связь между носителем и чем-то извне, — продолжил я. — Не знаю, с чем именно? но похоже Фахим говорит правду — его контролировали.

Споры о приговоре длились больше часа.

Одни требовали казни — какая разница, контролировали его или нет, люди мертвы. Другие говорили, что это меняет ситуацию. Третьи вообще не могли определиться.

Зара неожиданно поднялась со своего места.

Зал притих. Новая глава Золотых Копыт редко брала слово на этом суде, предпочитая наблюдать со своим обычным каменным выражением лица. То, что она решила высказаться именно сейчас, когда чаша весов качнулась в сторону снисхождения, заставило многих насторожиться.

— Мы выслушали много слов о контроле, — начала она, и её голос разнёсся по залу чётко и холодно. — О голосах в голове, о чужой воле, о марионетке на ниточках. Всё это очень трогательно.

Она обвела взглядом собравшихся, и я заметил, как некоторые шейхи отводят глаза.

— Но позвольте спросить: кто заставил Фахима принять этот артефакт? Кто угрожал ему смертью, если откажется?

Молчание.

— Никто, — Зара чуть склонила голову. — Он принял дар добровольно. Принял силу, не спрашивая о цене. И когда голоса начали шептать, он выкинул артефакт, не бросился к целителям, не попросил о помощи. Он подчинился. Потому что ему было удобно подчиняться. Потому что голоса говорили то, что он и сам хотел слышать.

Фахим поднял голову и посмотрел на неё.

— Контроль не снимает ответственности, — продолжила Зара. — Слабость — не оправдание. Тысячи людей погибли. Города сожжены. Семьи уничтожены. И всё это потому, что один человек оказался слишком слаб, чтобы сопротивляться искушению.

Она села так же внезапно, как встала.

Тишина висела над залом несколько долгих секунд.

— Жёстко, — прошептал Филя мне на ухо. — Но, чёрт возьми, она права.

Я промолчал. Логика Зары была безупречной. Каждое слово било в цель.

Старый шейх Касим откашлялся.

— При всём уважении к мудрости молодой главы Золотых Копыт… Если мы начнём казнить всех, кто проявил слабость, залы наших дворцов опустеют наполовину.

Несколько человек нервно рассмеялись.

— Я не призываю к милосердию, — добавил Касим. — Но призываю к осторожности. Британцы использовали древнюю магию, которую мы не понимаем. Сегодня это был Фахим. Завтра это может быть любой из нас.

Мурад поднял руку, и споры мгновенно стихли.

Он встал, и в этот момент стало видно, насколько он устал — тени под глазами, напряжённые плечи, седина, которой стало больше за последние недели. Но голос его звучал твёрдо.