Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 155 – Наньпай Саньшу

Передо мной была огромная круглая камера с таким же огромным бассейном посередине, а мои ноги находились на самом краю этого бассейна. Еще шаг – и я бы рухнул прямо в воду. Посреди бассейна беззвучно дрейфовала какая-то штука, по очертаниям напоминающая тазик для мытья ног. Взглянув на украшавшие ее росписи и барельефы, я понял, что это гроб, и невольно улыбнулся. А хозяин гробницы был тем еще выдумщиком – взял и сделал себе гроб посреди купальни! Видимо, при жизни любил принимать ванны.

Затем я посветил фонариком в воду, но дна не увидел и подумал, что бассейн вполне может уходить вглубь до самого низа гробницы. В момент, когда я начал размышлять о том, как же на самом деле выглядит план этого захоронения, у меня вдруг сильно зачесалась шея.

Я потрогал загривок и понял, что чешутся те места, куда попали стрелы-«лотосы». Их железные коготки не забрали мою жизнь, но здорово исцарапали кожу, и, когда пот попал на царапины, те сразу зачесались.

Более того, некоторые пораженные стрелами места на теле тоже начали слабо зудеть, но зуд был вполне терпимым. Мне было некогда разбираться с ерундовыми реакциями тела на раздражение, поэтому я просто с силой потер эти места и продолжил исследовать необычную камеру, в которой оказался.

В устройстве рядовых захоронений эпохи Мин я разбирался слабо, изучал только захоронения знати того периода и не знал, сильно ли они отличались, так что приходилось кое-как пытаться сравнивать то, что видел перед собой, с тем, что мне было известно.

Согласно моим представлениям, я находился в левом боковом зале, а обращенное ко мне помещение было правым боковым залом. По правилам, левый и правый боковые залы должны быть симметричны друг другу, и внутри каждого нужно выстроить беломраморное возвышение для гроба, выложенное так называемыми «золотыми кирпичами», изготовленными из глины высшего сорта без малейших пустот, а потому крайне прочными. Посреди возвышения обычно находится заполненное желтоземом прямоугольное углубление, которое называют «золотым колодцем». Однако в камере у меня перед глазами не было ничего из этого, только огромный бассейн.

И это только первая странность. Следующая заключалась в том, что врата между дверьми в боковые залы должны были вести в задний – главный – зал, в котором обычно помещали гроб. Но почему тогда здесь, в боковом зале, тоже стоял гроб, притом в форме тазика для ног? Необходимо пояснить, что круглые гробы-тазики были характерны для периода Сражающихся царств – в эпоху Мин такие никто не делал.

Подумав о периоде Сражающихся царств, я тут же вспомнил змеебровую бронзовую рыбку, добытую в гробнице Лушан-вана. Мало того что в обеих гробницах обнаружились такие рыбки, здесь вдобавок был гроб, который могли изготовить только в период Сражающихся царств. Совпадение?

В голове мигом воцарился такой хаос, что я решил на время отложить рассуждения. К тому времени я успел обойти вокруг бассейна и вернулся обратно к двери, где до сих пор валялась ваза, которой я пытался себя защитить. Повинуясь импульсу, я поднял ее с пола и начал разглядывать росписи.

Должно быть, эта ваза из другой боковой камеры, но из одного рисунка я мог узнать совсем мало. Я увидел изображение облаченного в типичный наряд эпохи Мин человека, который стоял на вершине какой-то горы и наблюдал за ходом строительства внизу, а рядом с ним находились еще несколько людей в официальной чиновничьей одежде. Судя по всему, группа прибыла на инспекцию.