Книга Заклятие страхом, страница 35 – Борис Саркисов

— Ну, выкладывай, — Александр Захарович сел за видавший виды письменный стол. — Надеюсь, ты достаточно изучил то, о чем я тебя просил?

На лице Генриха отразилось озабоченное выражение.

— Вынужден вас огорчить: досье, в котором была собрана вся информация о гибели Глеба Ганеева, исчезло.

Суздальцев, сосредоточившись, постучал указательным пальцем по поверхности стола, но при этом ни один мускул не дрогнул на его лице: интуиция и на этот раз не подвела его.

— Этого следовало ожидать, — он кисло усмехнулся. — Покидая свой кабинет, Оскар Петрович Филимонов изъял из архива папку с нужными нам документами.

— Но зачем?

— К сожалению, мир устроен так, что страдают в нем в первую очередь порядочные люди, их ряды с каждым годом редеют, а подонки процветают, — пустился в рассуждения Суздальцев. — Иные слывут праведниками, золотые кресты на золотых цепочках вешают на себя, хотя изнутри гнильем поросли. Могу предположить, что Филимонов получил от преступника откупную, подтасовал факты, свидетельские показания и алиби, желая представить проблему в ином свете, а покидая должность, уничтожил документы. — Он вздохнул, и голос его упал. — Кажется, надежды от нас ускользают, как миражи в пустыню, и мы с тобой очутились у разбитого корыта.

— Не совсем, — Генрих нерешительно улыбнулся. — Расследование происшествия непосредственно вел младший лейтенант Анатолий Сибирцев. Удалось разыскать его. Пригласить?

— Конечно, давай его сюда, — обрадовался Суздальцев. — И немедленно.

Генрих вышел из кабинета и вскоре вернулся вместе с высоким, худощавым парнем лет под тридцать.

— Устраивайся поудобнее, — предложил районный следователь. Представившись, он изучающе оглядел парня и, сделав нетерпеливый жест, указал на стул. — Разговор может затянуться. — Потом озадаченно спросил: — Расскажешь без утайки все, что знаешь? — Парень одобрительно кивнул. — Тогда слушаю.

Разговор действительно оказался долгим. И чем больше Александр Захарович слушал и расспрашивал Анатолия, тем все более выпукло вырисовывалась картина трагедии на Меренке. Выяснилось, что водолазам удалось выловить труп утопленника на изгибе реки — течением занесло его в камышовые заросли. Патологоанатомы определили, что у Глеба был сильно деформирован череп.

— Видно, Глеб Ганеев сразу пошел ко дну, — Анатолий старался воспроизвести строки из заключения экспертов. — Течением отнесло его метров на сто пятьдесят от места происшествия.

— Но так как в лодке было два человека, — Суздальцев подвел черту под рассказ, — подозревать следует Феликса. Предположительно он оглушил Глеба веслом по голове и отправил его на дно.

— Но этого не значилось в протоколе, — возразил Анатолий.

— Не было потому, что кому-то отказала логика или отвалили взятку. Будь Глеб в полном сознании, когда перевернулась лодка, он без всяких проблем, как и Феликс, добрался бы до берега, так как, насколько мне известно, прекрасно плавал. Подумай хорошенько, Анатолий, может быть припомнишь еще какие-нибудь подробности из исчезнувшего протокола?

Тот уставился на следователя, хлопая глазами, поскреб в затылке и, сосредоточившись, наморщил лоб.

— Когда шло расследование, выяснилось, что у Глеба на среднем пальце левой руки должно быть обручальное кольцо, а на шее — крест на золотой цепочке. Однако эти украшения у утопленника не обнаружены.