Книга Ловелас. Том 3, страница 58 – Илья Взоров

— По какому… каналу… Боже мой…

— А я ей потом говорю, — добавил я с невозмутимым лицом: — «Ты знаешь, Пегги, это шоу идёт уже лет семьдесят, но рейтинги падают».

Актриса снова взорвалась смехом. Боже, ее бы сейчас отфотографировать смеющуюся и пустить в наше портфолио… Ладно, не буду гнать, это плод зреет и рано или поздно упадет в мои руки.

Мы ещё пригубили по маленькой из крышечки от фляжки — уже совсем мирно болтая. Монро поправила помаду, я глянул узел галстука в зеркале. Тепло арманьяка растеклось приятной волной, напряжение от инцидента у входа окончательно рассеялось. Всё-таки хорошая вещь — коньяк. Дипломатическая смазка между народами и полами.

В дверь постучали.

— Мистер Миллер, мисс Монро, — голос ассистентки звучал бодро, — мы готовы. Пройдёмте в студию, пожалуйста.

* * *

Студия оказалась просторной и неожиданно тесной одновременно — метров двадцать пространства, заставленного с трёх сторон огромными камерами на колёсах, софитами, микрофонными штативами. В центре — небольшая сцена с низким полукруглым диваном, двумя креслами и журнальным столиком между ними. На столике — графин с водой, стаканы, пепельница. Да, да, можно курить в эфире, это не запрещается. Сверху нас заливало плотным, тёплым светом от десятков ламп — я сразу понял, почему гримёрша так старалась заматировать моё лицо.

Публика сидела на приподнятых рядах слева — человек семьдесят, все уже аплодировали, пока нас вели к сцене. Какой-то разогрев, очевидно, провели без нас.

Гарроуэй уже сидел в своём кресле — собранный, внимательный, с картонной папочкой на коленях. Увидев нас, он встал, улыбаясь, указал на диван:

— Мисс Монро — сюда, мистер Миллер — рядом. Чтобы операторам удобнее было брать вас вдвоём. Отлично. Расслабьтесь, улыбайтесь, ведите себя естественно. Пять минут до эфира.

Монро опустилась на диван с той изящной замедленностью, с которой она делала вообще всё, когда знала, что на неё смотрят. Я сел рядом — не слишком близко, но и не далеко. Мы перекинулись несколькими шутками, Гарроуэй попросил не пить во время эфира — графин со стаканами стоял на столике в качестве реквизита.

Из-за кулис помощник режиссёра начал обратный отсчёт.

— Три… два…

И мы пошли в эфир.

— Доброе вечер, Америка! — сказал Гарроуэй в камеру голосом, слегка более звонким, чем тот, которым он разговаривал с нами в кабинете. — Это «The Today Show», и у меня сегодня особенные гости. Человек, чьё имя за последние несколько недель узнала вся страна, — Кристофер Миллер, основатель и главный редактор нового, скандального журнала «Ловелас». И рядом — женщина, о которой можно ничего не говорить, и её всё равно все узнают: несравненная мисс Мэрилин Монро.

Зал зааплодировал — громко, долго.

— Кристофер, — начал Гарроуэй, — расскажите нам, с чего всё началось? Откуда взялась идея «Ловеласа»?

Я немного откинулся на спинку дивана, закинул ногу на ногу.

— Знаете, Дейв, идея была простая до банальности. Я шёл как-то вечером по Сансет-бульвару и понял: в этой стране есть журналы для рыбаков, охотников, автолюбителей, домохозяек, садоводов, даже для коллекционеров марок. Но нет ни одного журнала для мужчины. Обычного американского мужчины, который вечером приходит с работы, наливает себе виски и хочет почитать что-то умное. Что-то красивое. И желательно — с картинками.