Книга Смотритель Маяка 2, страница 97 – Сергей Шиленко, Артём Град

Через пять минут бесшумно возник Боцман, как и положено коту, и принялся наматывать круги вокруг печи.

— Даже не смотри, — сказал я. — Ты уже ел.

Кот издал короткий звук, означающий, что мои доводы его не интересуют.

— Рыба из подвала, помнишь? А там, между прочим, ещё есть, — я присел в кресло.

Боцман тут же запрыгнул мне на колени и принялся топтаться по больной ноге. Я чуть не взвыл и едва не скинул его наотмашь.

— А-ас-с-с, ладно! — сдался я. Отрезав крошечный кусочек сырого осьминога с доски, бросил на пол. Боцман обнюхал, подцепил когтем, умял в два прикуса и, разумеется, потребовал добавки.

— Больше ничего не дам, суп варится. Жди.

Через полчаса я снял крышку. Бульон стал мутноватым, наваристым, мясо осьминога размягчилось, но не развалилось, держало форму, картошка протыкалась ножом без усилий. Я зачерпнул своё варево, подул и осторожно попробовал.

— Горячо-о-о!

Небольшой глоток обжёг язык, но вкус неплохой, рыбный, с маслянистой морковной сладостью. Осьминог оказался не резиновым, а мягким, почти как хорошая треска, только с ореховым привкусом. Я отломил кусок лепёшки, обмакнул в бульон и отправил в рот.

— М-м-м, — вырвалось у меня. — А неплохой-таки из меня повар!

Боцман сидел у моей ноги и сверлил взглядом ложку. Я выловил кусочек осьминога поменьше, остудил и положил ему в миску. Кот втянул мясо за секунду и снова выжидающе уставился на меня.

— Хватит, вон у тебя уже пузо растёт.

Я налил полную миску супа, уселся за стол и вытянул больную ногу. Пар от бульона поднимался к лицу, и это было лучшее, что случилось со мной за последние трое суток… пожалуй, кроме повидла. Миска опустела быстро, я облизнул ложку и откинулся на спинку стула. Кот, поняв, что добавки не будет, ушёл к печи и свернулся в клубок. Я уже собирался подняться наверх, когда снизу, из грота, донёсся стук. Мирель.

Спускался осторожно, слегка придерживаясь за перила, больная нога напоминала о себе глухой пульсацией. Мирель сидела на ступеньке, держала в руке горсть креветок и хрустела панцирями, будто щёлкала семечки

— Ты их где взяла? — я остановился на лестнице.

— Наловила, — она разгрызла очередную креветку и сплюнула хитин в воду. — Там целая куча у рифа. Вкусно же.

— Может, отварить? — я усмехнулся.

— Нет, так хорошо, — она мотнула головой. — Но если принесёшь лимон, я не против.

Я развернулся и поковылял на кухню. В лимонах дефицита пока не испытывал, заодно налил миску супа, решив угостить Мирель своей кулинарной новинкой.

Вернулся в грот, протянул ей лимон и поставил миску на край ступеньки.

— Это суп из осьминога, угощайся. Жду конструктивную критику.

Мирель понюхала миску. ноздри её дрогнули.

— Пахнет… не как рыба.

— Это бульон. Там картошка, морковь, масло. Человеческая еда. Ешь, не бойся.

Она зачерпнула жидкость, подула и отправила в рот. На пару секунд замерла, потом проглотила и посмотрела на меня с удивлением.

— Очень неплохо, — русалка облизнула губы. — И солёное по-другому, не как океан, мягкое.

Зачерпнула ещё, на этот раз с куском осьминога и, разглядев след от присоски, покрутила в пальцах.

— Рука побежденного врага!

— Она самая. Теперь у тебя в супе.

Мирель хмыкнула и, отправив кусок в рот, прожевала, потом ещё раз зачерпнула, уже смелее, подцепляя картошку и морковь. Закинула в миску горсть своих креветок, выжала лимон прямо в бульон, перемешала ложкой и принялась хлюпать с откровенным удовольствием.