Книга Воин Сидона, страница 78 – Джин Родман Вулф

Ха – муж средних лет, с плотным брюхом. Как и Канджу, он излучает достоинство. И хотя он родом из Кемета, его поставили сганом. Это говорит мне Муслак, мол, своей мудростью и прямотой Канджу и Ха заслужили доверие наместника.

Когда Ха пришел, Канджу беседовал с Тотмактефом и Алалой. Парсиец предложил сгану присоединиться, однако Тотмактефа и Алалу прочь не отослал. Вчетвером они хотели переговорить наедине, но хоть наш корабль и довольно велик, на нем людно. Я заметил, что неподалеку стоят Нехтнефрет с Митсерэу, и что им не составит труда приблизиться и подслушать. Муслак тоже не сдержал любопытства.

Канджу представился, сказав, что он на корабле главный, и еще – что он сган сатрапа. Ха поклонился и назвался сам. Затем Канджу представил Тотмактефа, его жену, и все четверо сели. Ха спросил, можно ли при Алале обсуждать деликатные вопросы. Ей, заверил сгана Тотмактеф, можно доверять всецело. Тогда Ха спросил саму Алалу.

— Твой первый долг – перед наместником, – ответила Алала. (Она говорила очень тихо, и Ха приложил ладонь чашечкой к уху.) – Первый долг жены – перед ее мужем. Ничто из сказанного тобой не укроется от Тотмактефа.

— А что твои подруги? – поинтересовался Ха. – Те, с которыми ты привыкла делиться тайнами?

— Таких подруг у меня нет.

— А твои сестры?

— Мои сестры не делятся со мной тайнами, и я не делюсь с ними.

Канджу негромко напомнил:

— И их нет с нами на корабле.

Ха спросил:

— Мы отплываем сегодня?

— Прямо сейчас, – ответил Канджу, – если нет причин для задержек.

Муслак сделал вид, будто не слышит, но я заметил, как он взглянул на Азибаала.

— Моя поклажа на борту, – сказал тогда Ха.

— Как и моя, – тихонько прибавила Алала.

Они обсудили, кто где будет спать, пропитание в пути, но об этом я писать не стану.

— Придется просить царя Сиаспику показать вам золотые прииски, – заключил Ха. – Думаю, он уступит, пусть и неохотно. Однако же, заверяю, месторождения, что вы увидите, истощены.

— Понятно, – сказал Канджу.

— Могу я поинтересоваться, для чего вы желаете их видеть?

— С нами эллин, он сведущ в методах, применяемых на серебряных приисках во владении его города. Мы надеемся, что золотые копи раскроют ему методы, которые некогда применял Кемет.

— Советую не говорить так в присутствии царя Сиаспики. Теперь копи на его земле. Принадлежат ему.

— Мудрый совет, – кивнул Канджу. – О методах добычи царю Сиаспике я говорить тоже не стану.

Алала еле слышно спросила:

— Этот эллин здесь? Он к нам не присоединится?

— Будь он на борту, я бы за ним послал, – ответил Канджу. – Он ждет нас за порогом.

Ха сдержанно улыбнулся:

— Ваш эллин мудр, коли воздержался от столь длительного и утомительного странствия.

— Если и ты предпочитаешь.

Ха покачал головой:

— Я не приспособлен к ходьбе и поездкам на ослах.

Алала шепнула Тотмактефу:

— Он мог сесть в паланкин или поехать на колеснице. Значит, желает познакомиться со всеми на корабле, прежде чем мы окажемся в Напате.

Ха услышал ее шепот, равно как я. Снова улыбнулся и покивал головой:

— Отличный выбор, Тотмактеф.

Писец поклонился, не вставая:

— Воистину, это так.

— Впрочем, у меня есть основания полагать, что мы застанем царя Сиаспику к югу от его столицы. Если на то будет воля богов, сможем встретиться с ним к северу от второго порога.