Книга Материя. Том 1, страница 132 – Константин Соловьев

— Очень остроумно, мистер Тигр. Очень. Вы ведь не думаете, что это правда, так?

— Не думаю, – согласился Лэйд, – просто некоторые слухи мне самому кажутся забавными. А вы слишком напряжены в последнее время. Итак, кто следующий? Полагаю, вы, мистер Блондло?

Воган скривила губы.

— Нет необходимости. Мистер Блондло уже ознакомил нас со своей историей – в первые же пять минут, как только появился в этой гостиной, не спрашивая нашего к ней интереса. Но мне будет приятно, если вы отвлечете его внимание хотя бы на пару минут. Последние четверть часа он разглядывает меня так пристально, что мне начинает казаться, будто эта его штука видит сквозь одежду.

* * *

Блондло не оскорбился. Лишь гул его шлема на несколько секунд переменился, будто бы сместившись в другую тональность.

— Эта штука, как вы выразились, мисс Воган, видит все, что только существует в мире, – отозвался он немного уязвленным тоном. – Включая то, что когда-либо существовало. Этот аппарат, сконструированный мной, использует в своей основе N-лучи, которые…

— Да-да, я помню. Видят все сущее на всех уровнях мироздания вплоть до торсионных полей, что бы это ни значило.

Блондло приосанился. Непростая задача, учитывая его худощавое телосложение, а также массивную конструкцию на голове.

— Я сделал это открытие в девяносто пятом, – вдохновенно произнес он. – Вы, должно быть, помните того мюнхенского выскочку, Вильгельма Ринтхена, который с немалым апломбом продемонстрировал публике открытые им Х-лучи. Недурная штучка. Сами невидимые, эти лучи были способны пронзать деревянные доски дюймовой толщины точно рисовую бумагу. Ученое сообщество пришло в неописуемый восторг, но ни один из этих толстокожих болванов не понял того, что мгновенно понял я. Х-лучи не всевластны, они с трудом пробиваются сквозь толстый слой каучука или стали, а свинцовая пластина и вовсе является для них непреодолимой преградой. Я измерил их скорость, обнаружив, что она сходна со скоростью света, провел некоторые опыты с диэлектриками, исследовал фотоэффект… В мире должно было существовать более мощное излучение, я задался целью обнаружить его. Излучение, пронизывающее все сущее, словно эдемские лучи того изначального света, что впервые разогнал вселенскую тьму!..

Блондло говорил с болезненным пылом фанатика, ожесточенно жестикулируя тонкими, нервически подергивающимися пальцами. Он походил на одного из тех безумных ораторов, что иногда встречались в Гайд-парке: горящие нездоровым блеском глаза, порывистые движения человека, с трудом управляющего собственными руками… Глаза Блондло были не видны, но блеск многочисленных линз и без того давал нужный эффект, заставляя Лэйда ощущать себя неуютно.

— Они в самом деле столь мощны, ваши лучи? – осведомился Ледбитер, косясь на гудящий шлем не без опаски.

— Для этих лучей не является преградой даже три дюйма свинца или закаленной крупповской брони, – с гордостью заметил Блондло. – Так что да, самая плотная материя для них не более серьезное препятствие, чем прозрачная паутина. К слову, могу заметить, что у вас на груди под одеждой имеется шрам в форме зодиакального символа скорпиона, а у мисс Воган по меньшей мере две дюжины премилых татуировок. Даже на тех частях тела, на которых совсем не ожидаешь их обнаружить.