Книга Материя. Том 1, страница 124 – Константин Соловьев

Братья Боссьер переглянулись исподлобья.

— Qu’est-ce que c’est que ce virus, Anri?

— Je ne sais pas. Il n’y a rien de spécial – et je me suis retrouvé avec moi^[104].

— Жестокая судьба и здесь выдала вам неважные карты. – Лэйд ободряюще улыбнулся обоим. – Когда корабль уже был забит бочками тюленьего жира, проклятые норвежцы вздумали разделаться с вами. Задушить спящих и выкинуть за борт, чтобы не делить добычу. Но вы с братом и тут оказались проворнее них. Добрались до гарпунов и… Я слышал, вы перекололи двадцать пять человек на борту. От капитана до последнего юнги. Понятно, вы сделали это в целях самозащиты, но все равно работа, верно, была непростая? Досадно, что, учась обращению с гарпунами, сослужившими вам добрую службу, вы не уделяли должного внимания навигации. Нет ничего удивительного в том, что потерявший курс корабль, на борту которого остались только вы с братом, шел в неизвестном направлении, а после – неожиданно для вас – оказался прибит к острову, который вы не смогли отыскать на карте. Могу себе представить ваше разочарование, джентльмены. Самый большой во вселенной кит, которого невозможно пробить гарпуном!..

Братья забормотали что-то по-французски, обильно сдабривая речь полинезийскими ругательствами. Они выглядели разгневанными, смущенными, но не спешащими вступать в схватку.

— В Новом Бангоре вы быстро сумели найти занятие по душе. Ваше умение обращаться с гарпунами, отточенное за годы тюленьей охоты, сделало вас прирожденными охотниками на местную дичь. А местная дичь иной раз проявляет такие ухищрения, что даже мистер Артур Генри Ньюман^[105] счел бы за лучшее разрядить себе в голову свой хваленый крупнокалиберный штуцер! Нет нужны скромничать, джентльмены, я наслышан о некоторых ваших подвигах. Два года назад, лесопилка Уэйнрайтов на южной оконечности острова. Помните?

Братья пробормотали что-то нечленораздельное, избегая смотреть на рассказчика.

— Лесопилку захватили маэро, – невозмутимо пояснил Лэйд остальным сидящим за столом. – Вы наверняка знаете этих тварей, господа. Тощие бледные существа, прячущиеся в кронах деревьев. Жилистые, обтянутые лоснящейся кожей, они двигаются почти беззвучно, а когда переговариваются, кажется, будто это ветер шелестит листвой. На лапах у маэро длинные когти, острые как бритвы, способные освежевать быка за несколько секунд. По счастью, даже вооруженные подобным образом, маэро трусоваты. Они живут в чаще леса, боятся громких звуков и человеческих запахов, потому обычно уходят прочь, едва лишь услышав топор дровосека. Но если их собирается много в одном месте, они становятся опасны. Очень опасны. Потому-то лагеря лесорубов на острове часто охраняет морская пехота. Но Уэйнрайтам не повезло. Вырубая лес на своем участке, они так долго не встречали сопротивления, что расслабились. Перестали нести дежурства и брать с собой ружья, не озаботились железными дверьми и сигнализацией… Маэро подбирались к их лесопилке все ближе и ближе, затягивая кольцо, прячась в густых ветвях, до того самого рокового дня. Сперва они разделались с работягами, что ушли расчищать лес: по сигналу бросились вниз и растерзали их прежде, чем те успели схватиться за топоры. А после нанесли визит на лесопилку. Как я уже сказал, маэро весьма трусливы. Но притом и кровожадны. Чуя горячую кровь, они буквально сходят с ума – пожирают все живое, что встретится им на пути. Их тощие животы превращаются в набитые мясом бурдюки, такие огромные, что маэро зачастую вынуждены впадать в спячку там же, где трапезничали, чтоб переварить сытный обед. В тот день они перебили женщин и детей, а следом весь скот, который нашли, и даже домашних собак. Маэро объелись до того, что почти не могли ходить. Они остались на лесопилке, впав в блаженное забытье, не зная, что очень скоро им предстоит встреча с братьями Боссьер – и их гарпунами.