Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
Помню, подумал Лэйд. И до сих пор не могу найти достаточно веских причин, побудивших Его сохранить наши жизни той ночью. У Чепмена был спортивный локомобиль, быстрый как пуля, у нас – какая-то древняя колесница, из которой я вышвырнул хозяина, плюющаяся дымом и грозящая взорваться каждый раз, когда приходилось поддать пару. Но Торп знал этот проклятый город наизусть, до последней трещины в мостовой, а Чепмен, перепуганное чудовище, несся практически наугад. А еще у него был новенький «штайр-манлихер» с автоматическим огнем в свободной руке, так что пули щелкали вокруг нас, как звонкий горох, норовя разворотить головы, вышибить глаза осколками или пробить злосчастный изношенный котел. Вокруг мелькали подворотни и дома, а мы с тобой неслись на шлейфе из раскаленного дыма, полуослепшие, ревущие от воодушевления, ничего не видящие кругом, – парочка безумных охотников, оседлавших самого Левиафана и мчащихся на Нем сквозь грозовую ночь… Дьявольская, дьявольская охота. Сумасшедшая гонка сквозь фантастические декорации, каждую секунду грозящая оборваться катастрофой. Сверкающие глаза Торпа, хлопки выстрелов, клокочущий в венах адреналиновый коктейль, прилипший к его собственным губам тигриный оскал… Наверно, перед мысленным взором Торпа проносилось нечто похожее, потому что глаза у него сделались выцветшие, цвета тонкой серой кисеи. — Ему везло ровно до Пауэлл-стрит, потому что на углу Пауэлл и Фюрно удача от него отвернулась, – Торп издал сухой смешок. – Какой-то прущий вслепую китобой вывернул из-за угла, точно странствующий айсберг, и отправился наперерез, ничего не замечая, прямиком под колеса. И Чепмен… Черт, как это иронично! У опытного чудовища, благословленного Левиафаном, гениального хирурга, не знающего себе равных, дернулись руки. Может, впервые за все время практики в Новом Бангоре. Чертова повозка отклонилась на три дюйма, задела столб, выскочила на тротуар… Он влетел в витрину часового магазина и рассек ее вдоль, котел его многострадальной машины лопнул и… Господи, ну и шуму было! Точно кто-то прищемил хвост всемогущему Левиафану дверью. Я не слышал такого грохота с тех пор, как германские шпионы подорвали в Коппертауне целлюлозный цех! Страшный удар! Искры! Звон!.. Жжешь ты меня, могучее пламя, огонь, отойди! Тлеющий мех потушить не могу я, пылает мой плащ!.. Лэйд и сам помнил эту минуту. Тяжелый скрежет раздираемой стали, страшный удар, сыплющееся из оконных проемов стекло, чужой локомобиль, катящийся по мостовой, точно игрушечный, и Чепмена, похожего на пугало в дымящихся лохмотьях, – лопнувший котел обварил его, превратив последние минуты жизни в одну нескончаемую пытку. Но он все равно ковылял, не выпуская из руки пистолета, – некоторые чудовища отчаянно упорны… — Если мы сидим здесь, то только потому, что Левиафан, в отличие от нас, неважный лавочник. Некоторым своим клиентам Он может отсыпать на гран удачи больше, чем полагается, – пробормотал Лэйд. – Мы сами имели все шансы взлететь на воздух, как ракета Конгрива. Я чудом остановил наш экипаж возле самой стены, но прежде чем успел перевести дух, ты соскочил на землю и через огонь бросился к распростертому Чепмену с одной только тростью в руках. И это человек, не устававший твердить мне о здравомыслии! |