Книга Знак леопарда, страница 94 – Татьяна Степанова

— Александр Георгиевич, теперь в первую очередь надобно сыскать фон Рустена! — настаивал Монго. — Где же его искать? Где?!

«Колесо судьбы, катясь по неровным дорогам, вращается и возносит одного, низвергая другого», — все нашептывал велеречивый Константин.

Монго, возбужденный, бледный, кусал губы.

— Почему вы молчите, Валентин Всеволодович? — воскликнул он.

Пристав обернулся.

— In arenam cum aequalibus descendi^[17].

— Не понимаю, при чем здесь гимназический Цицерон?

— Что ж, едемте вместе.

— Куда?

— Искать пропавшего доктора — куда глаза глядят.

Увы, глаза их глядели в разные стороны. Красовскому вся эта затея с поисками вскоре стала напоминать извечную сказочную «службу», заданную богатырю, добру молодцу: иди туда, не знаю куда…

Саблин и Монго вполголоса спорили. Виктор выполнял роль шофера за рулем новенького мотора, вызванного им для облегчения поисков. Автомобиль он водил лихо, не сбавляя скорости на поворотах, пугая извозчиков и прохожих. Красовский мрачно предостерег, что рано или поздно эта поездка закончится для них задавленным коллежским асессором или сбитой кухаркой и ночью, проведенной в полицейском участке.

Отправным пунктом их поисков стала все та же «Астория». Но тщетно. Фон Рустен там так и не появился. Управляющий гостиницей сухо уведомил их, что ждет до утра и затем приглашает пристава для опечатывания имущества сбежавшего постояльца. Адвокат предложил посетить Финляндский вокзал, но Монго хмуро известил их, что вчера побывал там, пытаясь добыть сведения о пассажирах поезда, отбывшего в Гельсингфорс. «Там приняли меня за сумасшедшего, — признался он, — и битый час внушали, что при продаже билетов на поезд паспортов не проверяют».

Ничего не дали поездки в Медицинский клуб, Географическое общество при университете и в Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого — места, чаще всего посещаемые фон Рустеном в столице. Монго вспомнил фамилии каких-то двух «старых грибов», некогда упомянутых хирургом, оказавшихся почтеннейшими профессорами, имена коих напомнили адвокату и приставу невозвратные дни прошлого. Оба светила науки, дерзостно застигнутые молодыми людьми в кущах домашнего обеденного Эдема, изумились и сообщили, что не видели Августа Генриховича «вот уж неделю»; присутствовавший при этой сцене некий ученый секретарь г. Жабитович-Жаботинский сетовал на то, что «Август Генрихович пропустил двадцать первого ноября заседание общества, хотя на его доклад, назначенный к слушанию, возлагались большие ожидания…».

После посещения ученых искатели объехали несколько гостиниц и ресторанов, пытаясь отыскать следы доктора. Везде их ждало разочарование.

— Интересно, посещал ли фон Рустен барышень? — житейски поинтересовался пристав.

Монго мрачно усмехнулся и, поддав газу, скоро доставил всю компанию к подъезду скромного здания, укрывшегося в глубине тихой улицы за Семеновскими казармами. Тактичные переговоры, проведенные охотниками с хозяйкой заведения, ничего не прибавили. Саблин предложил съездить к ювелиру Окуневскому. Виктор попросил указать дорогу, осведомившись, почему о местонахождении доктора может быть известно какому-то ювелиру. Саблин ответил ему что-то невнятное.

Камердинер ювелира сообщил им, что фон Рустен был на прошлой неделе, но позавчера его барин уехал по делам в Москву, ввиду чего больше визитов не случилось…