Книга Приют повышенной волшебности, страница 20 – koteistka

— Знаешь, Клео, — сказала Рита, разбивая яйца над сковородой. Желтки были ярко-оранжевыми, того самого цвета, когда "свое, домашнее". — Иногда кажется, что вот-вот все рухнет. Кредиты, проверки, болезни, одно за другим. А потом находишь грибы в лесу. А баба Зина дает яйца и овощи. И понимаешь — мир не хочет, чтобы я умерла с голоду.

"Мир хочет, чтобы ты достойно покормила меня, — поправил голос в голове. — Глазуньей. Я не люблю пережаренные белки".

— Будешь есть что дадут, — отшутилась Рита, но аккуратно выложила немного отдельной кучкой на край сковороды. Для кошки. Без соли, без специй и без масла. Просто яйцо и кусочек гриба. Дождалась пока белок схватится совсем чуть-чуть и достала на блюдечко остывать.

Она выключила огонь и довершила блюдо зеленью, о которой напомнила баба Зина. Яичница получилась солнечной, желтой с зелеными вкраплениями. Рита поставила тарелку на стол, немного больно плюхнулась на стул и, возбужденно ерзая, потянулась за вилкой.

Послышался скромный писк Компота, и Рита тут же решила разделить порцию Клео на двоих хвостатых, будто так и надо. К счастью, абиссинка не заметила обмана.

Первым делом она положила уже остывшую часть порции Клеопатре. Кошка понюхала, поморщилась (грибы!), но съела. С достоинством. Облизнулась.

"Неплохо, — признала она. — Но в следующий раз добавь сливок".

— Сливок? Серьезно? Слыхала о таких. Я раньше кофе с ними пила, но они пропали из моей жизни еще раньше, чем сахар.

Компот спылесосил свою порцию в мгновение ока, возбужденно рыча и косясь на абиссинку. Последняя вылизывалась и посматривала на кота, как на плебея.

Рита рассмеялась. Звук получился неожиданным для нее самой, для этого дома, для этой кухни. Она вновь села, наконец-то взяла вилку. Яичница таяла во рту. Кабачки были сладковатыми, грибы — упругими, как она и хотела. Яйца были настолько свежими, что желток растекался, как жидкое золото.

Она ела медленно, чувствуя, как тепло расходится по телу. Не просто физическое тепло от еды. Что-то глубже. Уверенность и спокойствие. На один день, на одно утро — все хорошо. Она сыта. Животные накормлены.

За окном жужжала муха, ударяясь о стекло. Во дворе пару раз тявкнул Зевс, наверное, услышал шаги любимого человека на единственном соседнем участке. Но здесь, на кухне, было тихо.

— Спасибо, — сказала Рита пустоте. Или бабе Зине. Или миру.

"Не благодари. Ешь", — скомандовала Клеопатра, прыгая ей на колени, незамедлительно добавив в блюдо приправы в виде своей шерсти. Она устроилась тяжелым теплым комом, начала мурчать. Вибрация передавалась на живот Риты, успокаивая и расслабляя. Под столом на левом тапке расположился Компот, словно понимал, что правый тапок трогать нельзя — у хозяйки дома с ним дела.

Рита доела, вытерла тарелку куском хлеба, которому предназначалось быть компанией разве что для гречки. Посуду мыть не стала. Пусть полежит.

— Ладно, — выдохнула она. — Идем работать.

Клеопатра потянулась, цепляясь когтями за пижамные штаны, и спрыгнула.

"Работай. Но помни, обед должен быть вовремя".

Рита улыбнулась. Завтрашний день неизвестен, тем и прекрасен, а сегодняшний завтрак точно удался. И этого пока достаточно.

* * *

Планерка в девять прошла с непривычной скоростью. Этот темп Андрей справедливо называл "пятничным". Все отчитались вдвое короче обычного, потому что впереди были выходные. Даже фикус за спиной Оли выглядел собравшимся на дачу, или хотя бы на шашлыки. Рита доложила по своей новой задаче, взяла мелкую правку на утро и в половине одиннадцатого написала в рабочий чат: "Нужно отъехать на пару часов, буду на связи с телефона, вечером доделаю". Андрей ответил смайликом "ок" и следом добавил стикер со смешным котом.