Книга Русские поэты. Предсказанный уход, страница 79 – Олег Шаповалов

А вот это: «Мы стоим с врагом о скулу скула́, / и смерть стоит, ожидает жатвы. / ГПУ – это нашей диктатуры кулак / сжатый»; «Чекист по делам на Ильинку шел, / совсем не в тот и не из того отдела, – / весь день гонял, устал, как вол. / И вообще – какое ему до этого дело?!»; «Солдаты Дзержинского нас берегут»; «Плюнем в лицо той белой слякоти, / сюсюкающей о зверствах Чека» и т. п.

Маяковский работал одно время в штате «Комсомолки». Я видел его редакционное удостоверение, листал документы. В той же папке были фотографии с похорон Маяковского (к сожалению, в 2006 году в пожаре на улице Правды все сгорело вместе с уникальной библиотекой «КП»). Провожали Маяковского тысячи и тысячи людей. Удивило, что кроме красноармейцев в буденовках на снимках очень много чекистов в узнаваемой форме ГПУ. Как будто не просто следили за порядком, а прощались с близким человеком.

Шепоток о причастности чекистов к смерти поэта пошел еще и из-за того, что в качестве орудия причинения смерти поминался пистолет системы «маузер».

Маузер и кожаные куртки – это кто? Конечно, они – «рыцари революции», у которых на боку непременно болтается здоровенная дура в деревянной кобуре.

«Разворачивайтесь в марше! / Словесной не место кляузе. / Тише, ораторы! Ваше / слово, товарищ маузер», – писал Маяковский в 1918 году в стихотворении «Левый марш».

Это оружие было разработано фирмой «Маузер» в 1895 году и вообще-то предназначалось для охоты. Деревянная кобура крепилась к пистолету, играя роль приклада, и он превращался в легкий карабин. Приклад и мощный патрон позволяли вести прицельную стрельбу на большое расстояние. Могли ли создатели маузера С96 предвидеть, что из него будут стрелять не по лесной дичи, а по живым людям! Особенно это занятие приживется в России.

Но в деле Маяковского свое слово скажет совсем другой «товарищ маузер». В.В. очень любил оружие, почти как женщин. У него было несколько разных пистолетов, в том числе карманный самозарядный пистолет маузер М1914 калибра 7,65 мм. Из него и прогремит роковой выстрел в «комнате-лодочке» на Лубянке. Но чекисты здесь ни при чем.

С Вероникой Витольдовной Полонской (родилась в 1908 году в Москве), молодой, очень красивой актрисой МХАТа, в 1929 году Маяковского познакомит Осип Брик – вроде бы случайно встретились на бегах. А может, был умысел, как и в случае с Яковлевой? Устроить В.В. легкий флирт, чтобы меньше доставал своими поползновениями Лилю. Лиля между тем открыла в себе талант кинематографиста и занялась съемкой фильмы «Стеклянный глаз», пригласив участвовать и Веронику Полонскую. Здесь знакомство с В.В. закрепилось и переросло в – какой там легкий флирт, вы что, не знаете Маяковского! – в бурный роман. Последний в его жизни.

Полонская была замужем за актером Михаилом Яншиным, уже тогда популярным. Муж вскоре узнает, в какие отношения и с кем вступила его Норик (так он ее звал), но реагировать будет на удивление индифферентно.

А Маяковский удержу не ведал, в него будто демон любви вселился. Он предпринимает попытки свить свое семейное гнездо, требует, чтобы Вероника бросила мужа, бросила театр, бросила все и стала его женой. Молодая и красивая вроде кивает, а вроде как и не торопится сказать «да».

В апреле 1930-го развязка приближается. В эти дни Маяковский крайне взвинчен, находится на грани психического срыва. Тут все сошлось вместе – недавняя болезнь, провал выставки «Двадцать лет работы Маяковского» (проигнорирована коллегами по цеху и вождями республики), полный неуспех его театральной постановки «Баня», разбивающаяся «семейная лодка».