Книга Сними очки, ботаничка, страница 32 – Анастасия Боровик

— Зачем нас туда? — настороженно выдыхаю я, упираясь пятками в асфальт.

При свете фонаря его лицо кажется еще более выразительным. Он берет мою исцарапанную руку и мягко, но демонстративно поворачивает ладонью вверх.

— Потому что, — он водит пальцем по свежим царапинам, от чего по спине бегут мурашки, — у кого-то тут полный набор травм. Царапины, — его палец перемещается к краснеющему укусу на указательном пальце, — и укус бешеной птицы.

— А можно я тут постою? Подожду тебя? — пытаюсь вывернуть руку, но он не отпускает, и в его прикосновении уже нет прежней легкости, только твердая уверенность.

Он наклоняется чуть ближе, и в его глазах вспыхивает озорной, дотошный огонек.

— Ты что, — он растягивает слова, изучая мое лицо, — боишься? Неужели отчаянная укротительница диких попугаев, готовая лезть в колючие кусты, пасует перед человеком в белом халате?

— Не то чтобы очень… Но вот боль не люблю. И запах лекарств.

— То есть планировала сбежать, пока я внутри? — он смотрит на меня с ухмылкой.

— Есть такое, — виновато вздыхаю я.

Он крепче сжимает мою руку и решительно тащит меня в аптеку.

В этот самый момент железная дверь с глухим лязгом распахивается изнутри, и на пороге, очерченный против света, возникает Витя Клюев. Он замирает, и его тень ложится на нас длинной полосой.

Такое ощущение, что это теперь моя неотвратимая карма: стоит мне быть рядом с одним, как из ниоткуда обязательно появится второй.

Его взгляд скользит по мне, задерживается на наших сплетенных пальцах, на моих исцарапанных руках, на помятом пальто и запыхавшемся лице. Клюев мгновенно напрягается, а в глазах вспыхивает холодная, колкая искра. Он встает на пороге, блокируя собой выход.

— Зачем вам в аптеку? — его голос звучит неестественно громко, слишком резко и отрывисто. В нем слышится не просто раздражение, а какое-то внезапное, необъяснимое право собственности, будто он застал нас на месте преступления, которого мы даже не совершали.

— Зачем вам в аптеку?

Митя невольно кривится от такого вопроса. Даже я не ожидаю такого накала.

— А я точно должен тебе это объяснять?

— Да, — говорит Клюев, и его темные волосы падают на лоб, когда он бросает на меня настороженный взгляд.

— С какой стати, Вить? — злится Митя.

Витя сжимает челюсть, молчит, затем резко открывает дверь и молча пропускает нас внутрь.

— Спасибо, — шепчу я, уже проходя мимо, и машу ему рукой на прощание.

Но Витенька, кажется, не собирается уходить. Он заходит следом, а меня обволакивает стерильный, сладковато-горький запах медикаментов, отчего слегка кружится голова. Мозг снова подает тревожные сигналы: почему мы стоим на месте, когда пора брать ноги в руки и бежать?

Фомин подходит к кассе и заказывает перекись водорода и зеленку.

— Не надо зеленку, еще же видно будет, — шепчу я ему, пытаясь остановить.

— Что ты с ней сделал? — своим низким, жестким голосом спрашивает Клюев у Фомина, и между ними происходит безмолвный спор взглядами.

— Спроси, что она сама с собой сделала? И с чего такой интерес? Я еще на дискотеке заметил, что вы как-то подозрительно знакомо общаетесь, — в сердцах бросает Митя.

— Тебе показалось, — пищу я, — и вообще, у меня все нормально, мне уже домой пора, — пытаюсь я вырваться из этой ловушки, пахнущей йодом и перекисью.