Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 104 – Лоис МакМастер Буджолд

— Никакого шелка. В верхней части того зеленого сундука, вместе с, э-э, другими вещами. Которые могут лучше подойти для этой цели.

— Великолепно.

Мира прошествовала в комнату с видом королевы, вернувшейся в свое государство. Чадро последовал за ней с исполненным надежд любопытством, словно верный генерал, поклявшийся служить ей.

Мира, это безумие, жалобно сказал Пенрик, половина которого была в ужасе. Большая часть другой половины, похоже, собиралась наблюдать за происходящим, как зрители на состязании в стрельбе из лука.

Вовсе нет, спокойно ответила Мира. Ближе к концу моей карьеры в Лоди я специализировалась на пожилых джентльменах. Они прозвали меня Воскресительницей. Я думала, что с годами мой доход упадет, но он вырос. Что очень приятно.

Но Чадро не старый.

Тем лучше. Мира фыркнула.

Он может разорвать меня надвое голыми руками. Если он поймет, кто я, то убьет меня!

Если он поймет, кто мы, то убьет нас всех. Подчиняясь приказам. Мы ничем не рискуем.

Боги, это попахивало логикой Ручии, перевитой, как наплечная коса святого, и столь же пригодной для того, чтобы на ней повеситься. Пенрик часто гадал, был ли это результат ее научных изысканий для Храма или просто характер. А может, это преамбула к вознесению?

Ты сможешь в любой момент вернуть себе контроль, но я не советую этого делать, сказала Дез целиком. В конце концов, не стоит толкать под локоть акробата, который жонглирует огнем.

— Сора Мира, – с отчаянием пробормотала Никис, – я останусь рядом с дверью. Позовите, если вам что-то понадобится. – Имея в виду спасение.

Плохая идея, заметила Мира. Я не знаю, насколько шумным окажется Чадро. Слишком велик шанс на ошибку. И я знаю, что она тебе нравится, но ты правда думаешь, что она сможет вмешаться достаточно искусно?

Пен понятия не имел, но хотел, чтобы Никис оказалась как можно дальше от этого недоразумения. Например, в другом государстве. Что и было их конечной целью. Он должен об этом помнить. Если игра Миры кончится катастрофой, быть может, ему удастся спастись, несмотря на тревожащие габариты Чадро, пусть для этого и придется раскрыть свой чародейский статус, но…

— Нет, – сказал Пен, – возвращайся в комнату к брату. И жди там.

Он не знал, как передать: «И готовься к бегству», – однако Чадро уже закрывал дверь, оставляя за ней двух чрезвычайно встревоженных женщин.

Генерал повернул ключ в замке и с лукавой улыбкой посмотрел на Миру.

— Сора Мира, я думаю, что ваша служанка влюблена в вас. И не могу ее в этом винить.

Пенрик закашлялся.

— Конечно, нет. – Или, по крайней мере, ненадолго.

— Она буквально метала в меня молнии. Готовая наброситься. Очевидно, я должен вернуть вас в целости и сохранности.

Дездемона спросила, отчасти сладким, отчасти серьезным голосом: Если бы здесь не было Никис, дорогой Пен, ты стал бы так возражать? Или просто счел бы это еще одним странным приключением?

Пен лишь что-то мысленно пробубнил в ответ.

Поскольку Никис собирается связаться с тобой, ей также придется связаться и со всеми нами. Или ты вообразил, будто сможешь скрыть от своего самого близкого спутника то, кем в действительности являешься?

Являешься, стал, становишься…

Потому что это не кончится ничем хорошим.

Голос двухсотлетнего опыта, накопленного за десять разных жизней? Двенадцать, считая львицу и кобылу. Пенрик безмолвно сдался, позволив Мире заняться поиском нужных предметов.