Онлайн книга «Берсерка»
|
Еще говорят, что туровский князь вот-вот женится на польской принцессе, Агнешке Болеславовне, его княжество граничит с землями польского королевства. У воеводы Радомира такое не укладывалось в голове: на кой ляд сыну крестителя Руси брать в жены иноверку? Поляки, как известно, латинской веры, не греческой. Так-то оно так, только за польской королевишной вместо приданого можно попросить мечей и копий ее отца, Болеслава. Этот своего не упустит: хоть и замирились, а поляки нет-нет да и поглядывают алчным взором на изобильные восточные земли. Что может пообещать Святополк польскому королю в обмен на войско? А куда он это войско поведет? Не на Киев ли, отбивать власть у престарелого отца? Не на братнины ли вотчины? Если так, то урмане уж точно сгодятся Ярославу, и надо будет еще Эймунда-конунга благодарить, что вовремя привел своих людей. Такие тяжелые думы посещали не одного Радомира. Будый, стоящий ближе всех к Ярославу, открыто говорил, Святополк-де не считает себя сыном Владимира, называет отцом князя Ярополка. Когда Ярополк погиб, Владимир взял за себя его вдову, красавицу-гречанку, которая вскоре – слишком скоро! – родила сына. Владимир его признал… Радомир тридцать пять лет из своих пятидесяти провел в походах и ратных трудах, а потому в княжеском тереме бывал нечасто. Святополка помнил угрюмым и неразговорчивым мальчишкой с тонкогубым ртом и пышной шапкой черных кудрей. В светлых голубых глазах княжича нет-нет да и вспыхивало яростное пламя, и тогда он еще упрямее сжимал губы, словно удерживая рвущиеся с языка слова. К оружному бою Святополк был приучен, как и другие сыновья Владимира, сызмальства, но большого рвения к воинскому искусству не проявлял. И то сказать, в деда, Святослава-пардуса, не удался ни один княжий отрок. Владимировичи встанут во главе собственных дружин, как придет время, но, чтобы вести их на рать, у каждого из них есть воеводы, такие как Радомир. Дело князя править, а не рубиться в первых рядах, каждый миг рискуя жизнью, это каждому понятно. Но отчего-то Радомиру было грустно, что Святославово время прошло. И Владимирово проходит. А тут еще урмане эти, чтоб им провалиться! Мрачный воевода дождался, когда княжеские тиуны пересчитают и опишут дань, и уже в сумерках приехал на собственный двор. Злые языки называли Радомира скупцом, потому что жил он скромно, не так как иные княжеские ближники. Тот же Будый такие хоромы себе отгрохал, что заморские гости дивятся, рты раскрыв. Радомир же из челяди держал только четырех человек: скотницу, конюха да ключника Вяхиря с женой Власей. Она же и стряпала на всех. Радомир жил один уже почти двадцать лет. Делил большой дом со старухой-нянькой, наполовину уже слепой, но все еще обходившей дом и двор по каждодневной привычке. Когда-то Агафья была настоящей красавицей, статной и высокой. Десятилетней девчонкой была взята ко двору самой княгини Ольги, там и выросла. Приняла святое крещение, вышла замуж за гридня не из последних, родила ему двух детей. Ни муж, ни сыновья не вернулись из Святославова похода на печенегов. Сам князь тоже сложил беспокойную свою голову. Безутешная вдова раздала все добро по монастырям – во вечный помин дорогих душ. А сама захотела послужить людям, потому и пошла в няньки. Так вышло, что Агафья, пестовавшая Радомира с детства, пережила его родителей и теперь жила как любимая бабушка за внуком. Одно печалило старуху: воевода, соколик ее ясный, жил бобылем. По молодости девки пригожие вокруг него вились, как осы у горшка с медом, но воин жениться не спешил. А потом вдруг привез себе жену из какой-то затерянной в лесах деревеньки. Правду молвить, всем Милава была хороша – ласковая, добрая, собой красавица. Душа в душу жили, скоро Милава, как положено, затяжелела. Радомир как раз вместе с князем в греческую сторону отбывал, а молодая жена решилась навестить родителей. Взошла на корабль купеческий, не одна, конечно, – с десятком отроков для охраны. Агафья помнила, как Милава смущенно смеялась: будто княгиню, мол, провожают. Ей бы, старой дуре, загодя беду почуять, схватить молодуху за вышитый шелком рукав, дома усадить, удержать… |