Книга Храмовница, страница 4 – Елена Тимофеева

Селяне входили в реку, окунались и выходили из воды просветлённые, счастливые. Демира, передав свой факел дедушке, омылась последней, и, когда ступила на берег, старик так же погасил её огонь в воде, окончив ритуал.

После все поднялись на холм и в ярком утреннем свете сотворили трапезу, разделив на всех хлеб, мёд и вино. В тихой благости пребывая, вернулись в деревню, нарядились в лучшие одежды. Женщины убрали волосы под белые платы, расшитые красными нитями и блестящими монетками по переду, а кольцами по бокам; девки повязали ленты в косы, украсили их цветами, птичьими перьями, надели бусы и браслеты. Парни опоясались расписными кушаками, достали из сундуков сапоги, начистили до блеска. А оружие оставили дома, в храм Солнца идут с миром.

Впереди шествовал дедушка, вёл за руку Демиру, простоволосую, в белой рубахе до пят, за ними следовали старейшины. Они воспевали гимн Солнцу, провожая в его чертоги новую жрицу.

Так повелось исстари и повторялось каждый год. Девочка, встретившая одиннадцать жарких лет, восходила на гору, жрицы встречали её на нижних ступенях, благословляли племя, принимали дары и поднимались выше, где на ровном плато стрелой устремлялся в поднебесье белый храм.

Облицованный известняковой плиткой, с золочёными шпилями, сияющий в солнечных лучах, он ослеплял великолепием. Дети верили, что бог Солнце спит в этих белоснежных покоях, а с рассветом снова восходит на небо.

В жрицы брали девочку, ещё не ставшую девушкой, чистую, как вода в роднике. Десять лет она жила за белокаменной стеной, сокрытая от мужских взоров, совершала обряды, постигала знания, потом на одно лишь короткое лето возвращалась в деревню — наполненная необыкновенной силой духа и ясностью помыслов.

Племя благоговейно принимало сродницу, отеческий дом встречал сердечно, и девушка до осени занималась привычной до прихода в храм работой — в поле, у печи, рыбалкой, сбором грибов и ягод, рукоделием, ходила за скотиной. Полагалось испытать твёрдость духа юной жрицы мирской жизнью. Готова ли она отринуть её, оставить отца, мать, сестёр, братьев, вольницу и всецело отдать себя служению огненному богу. Бывало, испытание тем усложнялось, что приходил тот самый, кто предлагал руку, сердце и всё, чем он владел. Порою слишком сильным оказывалось искушение, и девушка всё забывала, чему училась десять лет, и солнечный свет ей виделся теперь в глазах любимого. Белый храм был равнодушен к отступницам. Маловерным не стать жрицами Солнца.

Та, что выдержала испытание миром и возвратилась по осени, не растратив чистоты, чьей руки не коснулась мужская рука, в чьих очах не вспыхнул огонь плотской жажды, оставалась в храме. Мало кому хватало крепости прожить так, без греха, молясь за своё племя, свершая посты и обряды, покуда не приходил срок вознестись к престолу Кроноса — верховного бога, хранящего часы времени каждого смертного.

Демира, старшая внучка родоначальника Борео, крепко утвердилась в желании служить золотому богу, и дедушка видел в этом добрый знак для всего племени и особую благодать небес. Девочка, серьёзная и сильная духом не по годам, достойна была поприща жрицы. Родоначальник верил, что десятилетие спустя Демира, ставшая взрослой и красивой девушкой, с честью выдержит испытание земной жизнью. А вот Вильма не верила, и крепко надеялась, что, пройдя декаду лет, сестра вернётся в деревню навсегда.