Книга Храмовница, страница 2 – Елена Тимофеева

— Я Солнца лик увидела в огне, — ответила девочка и показала на ровно горевшее в очаге пламя, — и Солнце-бог позвал меня. И я хочу к нему, туда, где Свет. Служить ему всю жизнь!

— Вот это да! — Вильма пихнула локтем Рику. — Ты слышала? Демира хочет жрицей Солнца быть! В огне увидела знаменье!

— Увидела! — улыбнулась Демира. — Я его вижу всякий раз, когда смотрю в огонь! Спервоначалу думала, что показалось. Огонь на Солнце так похож! Но мне не показалось! Наш светлый бог меня зовёт! Я в храме, дедушка, хотела б жить! Ты мне позволишь?

— Коль так решила, так тому и быть, дитя, — кивнул старик, — и ежели богам угодно весной закончить эту зиму длинную, и мы останемся все в добром здравии, я отведу тебя в храм Солнца. Ты станешь его жрицей. Теперь ложись и крепко спи. Храни тебя Кронос и сонм богов. И тебя, Вильма, и тебя, Рика.

— И тебя, дедушка! — вразнолад отозвались сестрички и засмеялись.

Совсем недолго оставалось быть зиме.

В сонной озёрной глади отражалось небо и плывущие по нему белые ладьи облаков. Ветер подул, погнал рябь по воде. Дремлющая в водорослях форель чуть шевельнула хвостом и вдруг встрепенулась, прянула в сторону и спряталась под корнями растущей над обрывом ивы.

— Опять промахнулась! — Вильма опустила острогу, готовая заплакать от обиды.

— Смотри, как надо! Ч-ш-ш… — Демира подняла руку, поднесла ладонь к губам, призывая к тишине. — Там стой! Не шевелись! Вот ещё одна…

Она точным ударом метнула острогу, шагнула вперёд и вытащила пронзённую остриём рыбу.

— Я ни за что не смогу так! — вздохнула Вильма. — С такой вот дали! И так точно! Тебе воительницей впору быть, Демира! Любую цель копьём сразишь!

— Не придумывай! — Сестра бросила рыбу в корзину, стоявшую в прохладной тени старой ивы.

Почти что половину наловили. Лежит форель, сверкает чешуёй серебряной, пятнится чёрными кругляшками, красными плавниками подёргивает. И по боку красная полоса идёт, в прозрачной воде хорошо видна. А достанешь рыбу из воды, полоса розовеет, будто истаивает на солнце, бледная делается.

Демира одёрнула ставшее тесным за весну платье, посмотрела на алый восход, улыбнулась.

— Я буду жрицей Солнца! — проговорила и прижмурилась, так сладко было вслух сказать свою мечту.

Считанные дни оставались до Солнцеворота, когда Борео-родоначальник, самый старый житель племени, приведёт в храм Солнца свою первую внучку Демиру и оставит там на долгие десять лет.

А когда подойдёт одиннадцатое лето, молодая жрица вернётся в деревню, где пробудет до осени, вспоминая мирскую жизнь и делая окончательный выбор в своей судьбе: остаться с людьми или вернуться в храм Светила навсегда, до последнего дня, отпущенного ей Кроносом.

— Я не увижу тебя десять лет, Демира! — всхлипнула Вильма, но плакать — знала — бесполезно, только воду переводить, сестра решенья не изменит.

— Вот ты глупышка! — Демира притянула её к себе, встряхнула легонько. — Год за годом пролетят, как птицы быстрые! И не заметишь! Ты станешь взрослой и, когда я вернусь, должно быть, уже выйдешь замуж... Потому научись ловить рыбу, Вильма, в замужестве тебе это пригодится!

— Мне девять зим, — сказала сестрёнка задумчиво, — только девять, и я уже поняла, что всё, что мы делаем сейчас: посев и обмолот зерна, рыбалка, мукомельня, стряпня, — это игрушки, а не работа. А вот когда я выйду замуж, любая работа в доме дедушки покажется отдыхом! Как подумаю, что однажды мне придётся работать на этого мужа! Стряпать для него, мыть его одежду, любить его… — Девочка скорчила рожицу и плюнула в сторону.