Книга Лето в Российской империи, страница 129 – Дарья Кузнецова, Виктор Фламмер (Дашкевич), Игорь Евдокимов, и др.

— Да, я уже и забыл, как по ночам на Ладоге холодно, – ответил Аверин. – Тут есть трапезная, прошу. Валаам гостеприимен. По-своему.

Отца Сергия внутри не оказалось, но свет горел, и самовар величественно возвышался на столе.

— Сами похозяйничаем, – сказал Аверин, садясь на лавку и наливая себе чай.

Гость скинул куртку и тоже присоединился.

— Давайте так. Сначала вы расскажете, как и почему вы здесь. И откуда знаете и про русалку, и про утопленника. И кто вас вызвал. Местные полицию не жалуют.

— Похоже на допрос, – усмехнулся следователь.

— Ну что за глупости, – как мог дружелюбно заметил Аверин. – Давайте договоримся: я не лезу на вашу территорию. Вы сами отметили, что дело касается… как бы это выразиться, особенностей местной политики. Так что лучшее, что мы сейчас можем сделать, – помогать друг другу. Вы, кстати, без дива. Где он?

— А ваш? Кхм… извините, не удержался. Мой Пеша в городе, на телефоне. Я ж сказал: думал, выйдет легкая прогулка. Засвидетельствую утопленника, распишусь, что это не дело рук ни дивов, ни чуди, высплюсь, порыбачу с утра и обратно на службу. У нас тут, если не считать Прорыва, места тихие. Особенно если местные порядки соблюдать.

— Вот за этим вы мне и нужны, как знаток местных порядков. Итак, как вы узнали о происшествии?

— Местные сообщили. Позвонил какой-то карел, не представился, сказал, что русалки людей топят. И что его то ли свата, то ли брата – пойди их разбери – угробили. Кричал, ругался по-своему и грозил, что, если мы не разберемся и не покараем виновную, они самосуд устроят.

— Ого, – удивился Аверин. – Вот прямо так и сказали? И вас не удивило, что карелы в полицию звонят? Обычно они стараются такие дела решать тихо, не привлекая посторонних, так сказать.

— Вот потому я и подумал, что перебрали местные… до русалки. У себя-то в деревнях они тише воды ниже травы. А вот в артелях, особенно смешанных, многие пускаются во все тяжкие без присмотра стариков. Хотя в обители такого раньше не случалось. А правда парня русалка утопила?

— Не думаю, но наверняка пока ничего сказать не могу, – признался Аверин. – Русалка, ее зовут Марина, пропала вместе с малолетним сыном. Над ней действительно пытались устроить самосуд. И она сбежала, предположительно на весельной лодке. Затем и нужен вертолет.

О своих подозрениях Аверин пока предпочел умолчать. Он сам еще не пришел ни к каким ясным выводам, а то, что рассказал петрозаводский следователь, только подлило масла в огонь. Значит, нападавшие не только обманули Никиту и заставили звонаря ввязаться в драку, но еще и зачем-то вызвали полицию. Что за странный план?

— Вот что. – Он решил немного успокоить Сергиенко. – Волобуев – майор в отставке, так что армия, к счастью, в этом странном деле никак не замешана. А скиты… – Он на миг задумался, решая, стоит ли говорить о родственных связях с Мариной. – Кстати, а про скиты вам кто сказал?

— А, – рассмеялся колдун, – да никто. Пока сюда шли, видел катер Заладожского скита. У скитов особые огни, у каждого свои. Они же, почитай, те же погранзаставы, только женские. Когда Финляндии дали автономию, финнов немного от Ладоги потеснили. Им это, понятно дело, не понравилось. Сильно возмущались «несправедливой дележкой», дважды пытались вернуть «исторические границы». Да только о скитских сестер зубки-то пообломали. Так что этих колдуний тут почти как святых почитают.