Книга Спой мне, девочка, страница 2 – Диана Эванс

— Просто вези.

Тот покосился на её блестящее платье и босые ноги (она скинула каблуки ещё в лифте), но промолчал.

Через двадцать минут бесцельного кружения по Манхэттену, когда слёзы уже высохли, а ярость начала кристаллизоваться во что-то острое и опасное, она увидела вывеску.

"SIN" — неоновая надпись мигала над узкой дверью, за которой скрывалась крутая лестница вниз.

— Здесь, — Ава ударила ладонью по стеклу.

Ава даже не заметила, как оказалась на улице. Ночь была влажной и душной, как дыхание спящего города. Она машинально поймала такси, сунула водителю стодолларовую купюру и хрипло бросила:

— Просто вези.

Тот покосился на её блестящее платье и босые ноги (она скинула каблуки ещё в лифте), но промолчал.

Через двадцать минут бесцельного кружения по Манхэттену, когда слёзы уже высохли, а ярость начала кристаллизоваться во что-то острое и опасное, она увидела вывеску.

"SIN" — неоновая надпись мигала над узкой дверью, за которой скрывалась крутая лестница вниз.

— Здесь, — Ава ударила ладонью по стеклу.

— Эй, Мерсер! — крикнул бармен куда-то за её спину. — Твоя очередь вытаскивать заблудших богачек!

Ава обернулась.

Из темноты вышел он. Джейк. Высокий, в чёрной рубашке с закатанными рукавами, обнажающими переплетения татуировок. Его лицо было бы красивым, если бы не шрам над бровью и глаза — холодные, как лезвие.

— Ты либо очень смелая, либо очень глупая, — сказал он, забирая её стакан. — Это не место для таких, как ты.

— А кто я, по-твоему? — Ава выхватила виски обратно и осушила залпом.

Джейк рассмеялся — коротко, без веселья.

— Ты — Ава Стерлинг. Та самая, что поёт про «вечную любовь» под синтезаторы. Угадал?

Она ожидала насмешки, но в его голосе было что-то ещё. Знание. Будто он видел её не только на обложках журналов.

— Мне нужна сцена, — сказала она внезапно.

— Ха. Тебе нужна таксистуха и психотерапевт.

— Я не шучу, — Ава придвинулась ближе. — Я спою прямо сейчас.

Джейк изучающе посмотрел на неё, затем махнул рукой в сторону сцены:

— Ладно, звезда. Давай посмотрим, на что ты способна без фонограммы.

Когда Ава вышла под софиты, клуб затих. Кто-то узнал её, кто-то зашикал. Она взяла микрофон, закрыла глаза…

И запела не свой хит.

Это была старая, полузабытая блюзовая баллада, которую её мать напевала, когда мыла посуду в их дырявом трейлере. Грубая. Голая. Настоящая.

К концу второго куплета в зале воцарилась тишина. Даже бармен замер с тряпкой в руке.

Когда она закончила, раздались аплодисменты — не те, что в концертных залах, а настоящие.

Джейк стоял у стойки, скрестив руки.

— Ну что, — Ава спрыгнула со сцены, подошла к нему. — Достаточно «настояще» для твоего клуба?

Он медленно ухмыльнулся.

— Заходи завтра. Споешь ещё.

Ава вышла на рассвете. В кармане её теперь смятого платья лежала визитка Джейка с адресом клуба.

А в телефоне — 23 пропущенных звонка от Дэниела.

Она удалила их все.

Ава проснулась в дешёвом мотеле на окраине Бруклина с головной болью и чужой кожаной курткой на плечах. Пахло табаком и им — Джейком, который, как оказалось, подбросил её сюда, сунул в карман ключ от номера и исчез, оставив лишь записку:

«Если передумаешь — не приходи. SIN не терпит слабаков».

Она смяла бумагу и засмеялась.

Слабость. Именно это слово Дэниел шептал ей перед концертами, целуя шею: «Ты слишком мягкая для этого мира, малышка. Без меня тебя сожрут».