Книга Сентябрь, страница 29 – Мехмет Рауф

Неджиб стал еще одним источником радости в этой их жизни. Его присутствие словно дополняло их счастье, потому как он помог построить это их новое существование. Супруги с восторгом встречали его, когда он приезжал, и придумывали нелепые предлоги, чтобы задержать его подольше.

В тот раз, как и договорились, он приехал на вечернем пароме в среду. Он сказал, что останется до утра пятницы. Супруги восприняли эти два дня как большой праздник. Еще до приезда Неджиба они начали строить планы. Они хотели съездить и на Дамбы, и в Бейкоз.

— Сейчас Дамбы такие прекрасные… – говорила Суад.

— А еще бейкозский луг! – подхватывал Сурейя.

Они сразу же стали обсуждать, куда поедут на следующий день. В конце концов, все трое сошлись на том, чтобы отправиться рано утром на Дамбы.

Они легли спать пораньше, чтобы встать на рассвете. На следующее утро, когда солнце только поднялось из-за холмов, все трое уже были готовы. В утренней тишине они сели в экипаж, заранее заказанный и ожидавший у ворот.

Это майское утро и поездка на Дамбы наполнили их поэтическим восторгом, словно они отправились в сказочное путешествие. Свежесть утра, буйство зелени в конце мая, не тронутые ветром, застывшие в воздухе ароматы лугов и виноградников – все сливалось в единую гармонию.

Дорога вела их сквозь зеленые тени, дальше – через леса, где могучие деревья переплетались ветвями, а рощи поодаль стояли как темно-зеленые великаны, погруженные в тишину. Лучи солнца пробивались сквозь листву, и слышалось переливчатое щебетание птиц.

Когда они вышли из экипажа, их охватило чувство страха, им показалось, будто они вот-вот исчезнут в этом огромном лесу. Затем они увидели пруды – величественные, внушающие благоговейный трепет, но в то же время манящие, словно звенья, связующие их с самой жизнью.

Домой вернулись они уже в первом часу, уставшие, но с ощущением утренней чистоты. Единственное, что они сейчас чувствовали, – это сильная усталость и зверский голод.

— Еды! Еды! – гремел Сюрейя.

Когда им подали обед, мужчины тут же бросились к столу. Сюрейя, вбежав первым, радостно воскликнул:

— О, клубника! – И повернулся к Суад: – Откуда это?

Та улыбнулась:

— Разве не говорят: «Ешь клубнику, но не спрашивай, где ее собрали»?

Аромат спелых ягод затмевал даже запах цветов на столе.

Сюрейя, обращаясь к Неджибу, сказал:

— Видишь, дорогой мой друг, все лучшее – в женщинах! – А затем, с напускной важностью вытирая рот, добавил: – Даже упрямое стремление все превращать в тайну…

После обеда они обсуждали планы на вторую половину дня. Вдруг Сюрейя всплеснул руками:

— Ох! Я же заказал на сегодня парусную лодку!

Он все говорил, что любит кататься на лодке и давно мечтал прокатиться под парусом. И вот, наконец он договорился о лодке, которая сегодня должна прибыть из Моды^[19]. Если она ему не понравится, ее могут вернуть обратно, но он не хотел сегодня нарушать данное обещание.

— Если хотите, идите гулять без меня, – предложил Сюрейя. – Я подожду здесь.

Но они отказались:

— Тогда поедем завтра утром!

Неджиб напомнил, что ему нужно возвращаться.

— Тогда ты останешься! – настаивал Сурейя.

Неджиб колебался, но Сюрейя уже решил:

— Тогда заставим тебя остаться!

И сказал, что свяжет Неджиба, если тот еще раз заговорит об отъезде.