Онлайн книга «Сионская любовь»
|
— Вот как отвечу тебе, госпожа. Гляди, как справно маслины цветут на горе. Да разве каждый побег принесет плоды? Небось, лишь один из десяти. А сад цветет, и урожай велик. То же – и люди у нас. Спору нет, не все праведники, а страна – праведная. Беда только, что не всегда знаем, кого Господь к благой десятине причисляет! — А где же превосходство умного над глупым? И зачем это так устроено, чтобы путного от негожего не отличить? – изумляется Тамар. — Глупец, дабы суть свою не раскрыть, прячется во тьме. А умный факелом мысли разгоняет тьму, как луна в ночи. И хоть огрызаются злые псы, сторожащие черный мрак, они бессильны против света разума, – сказал свое слово Тейман. — А я думаю, – добавила Тамар, – что ночью высокий дух подобен свету луны и не несет тепла, но днем он равен солнцу: и греет, и светит, и радует всех. А глупость, как улитка в раковине – друг тьмы и враг света, и ни той, ни другой не узреть мира красы. — Догадываюсь, сестра, кого сравниваешь с улиткой, обитающей во тьме и тебе досаждающей. Это … — О, милый братец, замолчи. Пусть не звучит его имя в добром этом месте. Скорее горы Сиона рухнут, чем нога моя ступит вслед за ним. Я надеюсь, что не ждет меня злая судьба, ибо жестокие времена остались в прошлом. Нынче не приносят в жертву Молоху сыновей, а идолам золоченым – дочерей. Упомяну все же ненавистное имя. Разукрашенным и убогим истуканом вижу я Азрикама. Лишь наследным богатством да семейной знатностью силен. Я в обиде на отца нашего, что потакает недостойному, с которым, клянусь, не по пути мне. — Вот и сказала ты, сестра, кто есть улитка. А теперь открой имя несущего свет в твою душу. — И густые облака не скроют светило … — Довольно загадок! – воскликнул Тейман и обратился к Амнону: “Признайся, тебя разумеет Тамар!” Смутился Амнон, и смутилась Тамар. — Молчите? Легка была загадка, и на зардевшихся ваших лицах – разгадка ее. Коли стыдитесь своей страсти – прочь ее, а если дорога она вам, отчего языки проглотили? Или я не в доверии? — О, Тейман, – начал было Амнон, – вот уж год минул, как Господь осчастливил меня встречей с Тамар, и весь этот год … – хотел, но не смог он продолжить, ибо подступившие слезы не дали говорить. Тут и Тамар всхлипнула и утерла слезу. — Амнон! День тот навеки остался в сердце девичьем, как чудный цветок, как прекрасная роза! – воскликнула Тамар. — Как прекрасная роза! – горячо повторил Тейман, вспомнив Розу с горы Кармель. Все трое умолкли, лишь молодые сердца стучат. Шум крыльев в вышине нарушил тишину. Подняли головы и видят: стервятник преследует нежную голубку. Хищный клюв, цепкие когти. Еще чуть-чуть – и пропала пичуга. Разом вскрикнули трое и отпугнули злодея. Бедняжка перевела дух. Заблестели зеленоватым золотом перышки на крыльях. Снова она мчится прочь, ищет спасения в кустах. Тут вскочил Тейман, погнался за хищником, стал швырять камни. А Амнон стоит, к месту прирос, держит в волнении руку Тамар. — Ах, голубка чистая, как эта пташка ты! – говорит. Тамар в ответ невольно сжала сильную мужскую руку. — Ты спас меня ото льва, теперь, я знаю, избавишь от стервятника. В святом Храме за тебя молилась. Я создана для тебя навек! — А я – для тебя! Я поклялся: нет для меня другой! Судьба моя – или счастье с тобой, или одинокость до смерти! |