Книга Звезда бессмертия, страница 65 – Анна Чернышева

Моя подружка, еле живая от усталости, медленно ковыляет к нам. Подойдя поближе, сразу пристает с расспросами:

— И что это вы здесь делаете?

— Лично я, стараюсь свернуть на корню деятельность не в меру ретивого фотографа, – откликаюсь я.

— Фотографа?! – удивляется Лена, и обращается к Игорю, – что ты здесь снимал?

— Я хотел запечатлеть, – охотно принимается объяснять неудачливый фотограф, – урок физкультуры у второкурсниц.

— Зачем это? – строго допрашивает едва отдышавшаяся спортсменка.

— Вы такие уморительные…

— И что?!

— В общем, я поспорил с пацанами на приличные деньги, что рассмешу весь институт.

— А мы здесь при чем? – в моем голосе звучит угроза.

— Вы главный пункт моего замысла, – самодовольно признается Игорь, – я собирался наделать ваших фотографий во всяких нелепых позах, налепить их на ватман со всякими двусмысленными комментариями и повесить на первом этаже в институте, возле расписания. У нас в основном учатся пацаны. Вот было бы смеху!

— Ты собирался выставить нас на посмешище?! – шипит Лена.

А я очень довольна собой, радуюсь, что уже успела отобрать у затейника пленку.

— Смейся, теперь над кем-нибудь другим, – злорадно бросаю я, вместо прощальных слов.

Мы с Леной продолжаем свой путь шагом, уже не надеясь сдать злополучный зачет. Однако, завершив бесконечный круг и добравшись, наконец, до лысой полянки, где начинался зачет, нам вовсе не хочется начинать все сначала. И категоричное заявление Ядвиги Яновны:

— Девочки, это только два!

Мы отвечаем бурей возмущения:

— Двойку ставят за отсутствие работы, а мы же бегали! О-о, как мы бегали! Вы должны… это нарушение наших прав… Тройку! Поставьте хотя бы тройку!

Строгой преподавательнице приходится уступить. Ей явно не хочется продолжать этот бессмысленный спор. Заполучив вожделенный зачет, мы гораздо резвее, чем прежде, несемся в институт.

Последней парой, сегодня ин.яз. к моей великой грусти, Лена изучает немецкий, а я английский. Мы расходимся в разные аудитории, и одновременно начинаем скучать. К четвертой паре, особенно после физкультуры, все интеллектуальные размышления перекрывает довольно тупая, но не отступная мысль о бутерброде с колбасой. И столовая не так уж далеко, и запахи оттуда доносятся заманчивые. Но я решаю сэкономить деньги на обедах. Решила, так решила. Сижу, терплю, стараюсь не думать о съедобных вещах. А тут еще, как на зло, поболтать не с кем. Все счастливцы атакуют столовку. Я с горя, принимаюсь искать десять отличий одной аудитории от другой. У англичанки гораздо уютней: помещение поменьше, большая карта Великобритании на стене, с портретов угрюмо смотрят Вильям Шекспир и Даниель Дефо. Окна до половины прикрыты зелеными шторами. Вот и вся разница. Нет, как я могла забыть, еще надписи на столах нацарапаны по-английски.

Как только едоки возвращаются, сразу завязывается интересный разговор:

— Вы только представьте, – восклицает Славка, самый пухлый и жизнерадостный мой одногруппник. – бывает же такое везенье! Мой дядька свалился со строительных лесов, воткнулся башкой в землю, чуть не помер. А после того, как в реанимации его вернули к жизни, он обнаружил, что знает сразу несколько иностранных языков. Вот мне бы такое!

— Так пойди, спрыгни с небоскреба, башкой вниз, – предлагает долговязый Андрей, – может, поможет.