Книга Звезда бессмертия, страница 64 – Анна Чернышева

— А теперь, побежали! – командует Ядвига, когда мы уже достаточно выдыхаемся.

И мы бежим. Бежим, как в анекдоте про армию: «отсюда и до заката». В институте это называется – «кросс на оценку». Мы бежим, бежим друг за другом… мимо скользят голые березки, кусты покрытые красными листьями, под ногами, грязь, лужи. Я сильно отстаю. Бег для меня очень тяжелое испытание. Мне уже давно жарко, лицо раскраснелось, дыхания не хватает. Я расстегиваю кофту. Хорошенький у меня сейчас вид: лицо красное, глазки лезут из орбит, дышу словно конь. За поворотом дорожки, девчонки шумят, впереди какое-то препятствие. Однако, никто не останавливается, мы продолжаем друг за другом двигаться вперед. Я тащусь в самом хвосте. Отстать от меня умудряется только моя Лена.

— Что за черт! – вырывается у меня.

Как здесь не ругаться?! Прямо передо мной поперек тропинки распластался ствол дерева. И не то, чтобы он был слишком толстый, но упал уж больно, не удачно. Обходить его далеко и неудобно, придется лесть в грязь, единственный выход: перепрыгнуть препятствие. Я отступаю на пару шагов, разбегаюсь и как коза совершаю скачок через бревно. В самой верхней точке своего прыжка, боковым зрением, я замечаю быструю, внезапную фотовспышку. Ситуация напоминает охоту папараци на звезд. Смачно приземляюсь в лужу, в бешенстве поворачиваюсь, чтобы лучше рассмотреть фотографа.

Широко, самодовольно улыбаясь, на меня смотрит молодой парень. Русые волосы собраны в короткий хвостик, на щеках легкая не бритость. Эдакий мачо, среднерусской полосы. Щурит масляные серые глазки, заявляет ехидно:

— Снимок будет готов только завтра, если хочешь себя лицезреть, приходи, покажу.

— Хам! – выпаливаю я.

— Ну, зачем же так грубо? – тянет фотограф, словно мартовский кот.

— Как заслужил.

— Может, лучше познакомимся?

— Вот, еще! Хотя… отдай пленку, будет о чем поговорить.

— Может, и отдам, зависит от того, как будешь уговаривать.

— Тебе не понравится! – заверяю я, готовая припомнить приемы, опробованные мною возле банка.

Но драчливое вдохновение меня подводит. Просто стукнула бы его по башке чем-нибудь тяжелым, да под рукой нет ничего подходящего. Нахал, уловив мое замешательство, стоит, усмехается.

— Ну же, начинай уговаривать! А то упустишь свой счастливый момент.

Он злит меня все больше и больше, но взяв себя в руки, я решаю сменить тактику. Сладко улыбаюсь, облизываю пересохшие губы, кошачьей походкой направляюсь к нему. Грубиян такого не ожидает, смотрит на меня растерянно. Я продолжаю разыгрывать много раз виденную в кино и вовсе мне не свойственную роль секс – бомбы. Я подхожу к нахалу, глажу его по голове, спрашиваю приторно-сладким голоском:

— Так как тебя зовут, прелесть моя?

— Игорь, – выдыхает он восторженно.

— Так прозаично, – мурлычу я. – Я буду называть тебя мой принц!

— Замечательно, – он так и тает от самодовольства.

Сделав вид, что хочу его обнять, я ловко снимаю с его шеи шнурок фотоаппарата, ровно секунда требуется мне, чтобы извлечь из него злополучную пленку и сунуть себе в карман. В этот момент над бревном взлетает в дурацкой позе Ленка. Я понимаю, фотографа, зрелище действительно уморительное, но прощать его не собираюсь.

— Лиза, кто это? – вопит Лена, заметив нас.

— Мистер прыщ! – зло представляю я своего нового знакомца и возвращаю ему пустой фотоаппарат.