Книга Адмирал Империи – 60, страница 46 – Дмитрий Коровников

Щецин стоял у аэрокара с бесстрастным лицом, наблюдая за суетой полковника с тем же выражением, с каким энтомолог наблюдает за копошением насекомых в банке.

— Садитесь в машину, — произнёс он, обращаясь к заложникам. — Быстро.

Пока заложники садились, полковник услужливо придерживал дверь…

И в этот момент ворота объекта — массивные створки из армированной-нимидийской стали, расположенные примерно в двухстах метрах от посадочной площадки, у внешнего периметра — начали открываться.

Веришвили обернулся, машинально отметив движение в той стороне. Профессиональная привычка — всегда знать, что происходит на вверенной территории. На объект быстро въезжали три машины: чёрный представительский аэрокар — зеркальное отражение того, что стоял рядом с ним, до последнего блика на капоте, до последней хромированной детали — и два массивных аэроджипа местной охраны, угловатые громады с усиленной бронёй.

Полковник нахмурился. Складка прорезала лоб. Он не вызывал подкрепление. Он вообще не отдавал никаких приказов с тех пор, как директор ступил на территорию объекта — это было бы немыслимой дерзостью, вмешательством в дела начальства, за которое можно поплатиться карьерой, а то и жизнью. Кто распорядился? Кто посмел действовать без его ведома на его территории?

Вдруг по всей территории взвыла сирена тревоги — пронзительный вой, от которого закладывало уши и захотелось вжать голову в плечи. Веришвили инстинктивно дёрнулся, рука метнулась к кобуре, а пальцы сомкнулись на рукояти пистолета.

И тут же сирена смолкла. Так же внезапно, как включилась. Просто оборвалась на полувздохе, оставив после себя звенящую пустоту, которая наступает после громкого звука и кажется оглушительнее самого звука. В ушах полковника ещё стоял отголосок воя, но площадка уже погрузилась в тишину.

— Что за… — начал Веришвили, но осёкся, потому что заметил ещё кое-что странное.

Машины почему-то двигались по земле.

Не летели, как положено аэрокарам, скользя над бетоном на антигравитационной подушке, как делали это все аэрокары в Империи последние полвека, с тех пор как технология антигравитации стала доступной и повсеместной. Они ехали на колёсах — тех самых аварийных колёсах, которые выдвигались только в случае полного отказа двигателей, которые большинство пилотов никогда не использовали за всю свою жизнь. Выглядело это дико и неправильно, как если бы птица вдруг начала ползти по земле вместо того, чтобы лететь, как если бы рыба вдруг выбралась на берег и пошла по своим делам.

Похоже, купол работал на полную!

Полковник прижал коммуникатор на запястье к щеке:

— Пост номер один, доложите обстановку! Что происходит?

Треск статических помех — сухой и мёртвый звук, похожий на шелест песка в песочных часах.

— Пост номер один, ответьте!

Ничего. Связь не работала. Конечно, она не работала — купол был активирован на максимум, отсекая объект от внешнего мира. Но кто его активировал? И главное — зачем? Купол использовался только в экстренных случаях, только при угрозе нападения извне, только по прямому приказу командования или в случае попытки массового побега. Ничего этого сейчас не происходило. Или?..

Веришвили почувствовал, как волоски на затылке встают дыбом. Внутренний голос вопил об угрозе, но разум отказывался его слушать. Рядом стоял самый могущественный человек в системе безопасности Империи. Что могло пойти не так в его присутствии?