Книга Адмирал Империи – 60, страница 33 – Дмитрий Коровников

— Генерал!

Голос Птолемея хлестнул по залу, заставив обоих вздрогнуть. Несколько операторов за терминалами подняли головы, встревоженные резкостью тона первого министра. Боков подошёл к командирскому креслу, стараясь держать спину прямо, и то, что он увидел в глазах Птолемея Грауса, заставило его пожалеть о том, что он вообще сегодня проснулся.

Это были глаза человека, готового на всё. Человека, который уже принял решение и не намерен выслушивать возражения.

— Отмените все проверки.

Боков моргнул, не веря услышанному.

— Все?

— Директору фон Щецину и тем, кто с ним — беспрепятственный проход через все посты. Никаких сканеров. Никакой идентификации. Никаких вопросов.

— Господин первый министр, — голос Бокова звучал напряжённо, — этот командный центр — последний рубеж обороны планеты. Здесь находится сердце управления всей планетарной обороной. Если мы отключим протоколы безопасности…

— Господин генерал. — Птолемей подался вперёд, и его лицо оказалось так близко к лицу Бокова, что тот мог видеть каждую расширенную пору на коже первого министра. — Видите экран? Через минуту там будет Агриппина Хромцова. Мне нужен Щецин здесь до того, как она закончит говорить. Либо вы отдаёте приказ — либо я найду того, кто его отдаст. А вас отправлю наверх, к постам охраны, объяснять им лично, почему они скоро останутся без работы. Или без головы.

Усы Бокова мелко дрожали, выдавая внутреннее напряжение. Несколько секунд он молчал, взвешивая варианты, которых у него, по существу, не было. Отказать первому министру означало лишиться карьеры — и это в лучшем случае. В худшем — конец жизни. Согласиться означало нарушить все протоколы, которые он клялся защищать.

Выбор, впрочем, был очевиден.

Генерал медленно повернулся к оператору связи:

— Всем постам охраны — код «Зелёный коридор». Директор ИСБ барон фон Щецин и все сопровождающие — беспрепятственный допуск в командный центр. Подтвердить получение.

Рация зашипела, и посыпались короткие подтверждения — голоса охранников на разных уровнях бункера, один за другим принимающих приказ, который противоречил всему, чему их учили:

«Первый пост — принято».

«Второй пост — принято».

«Третий пост — принято».

«Четвёртый пост — принято».

«Пятый пост — принято».

«Шестой пост — принято».

В это время на главном экране командного центра вспыхнуло изображение входящего вызова, и через мгновение экран заполнило лицо Агриппины Ивановны Хромцовой и мостика ее «Паллады».

Вице-адмирал смотрела на своего собеседника с холодным любопытством хищника, изучающего добычу, которая почему-то сама вышла из укрытия. Серые глаза прищурены, взгляд острый, оценивающий.

— Господин первый министр. Неожиданно. Чем обязана?

Птолемей изобразил улыбку — ту самую, дипломатическую, которую он носил на официальных приёмах и переговорах, улыбку, которая ничего не означала и ничего не обещала.

— Решил продолжить нашу беседу, Агриппина Ивановна. Ту, которую вы так резко прервали не дав мне возможности ответить.

— Если вам так хочется поболтать перед смертью — пожалуйста. — Её голос был ровным, почти безразличным, но в нём сквозила абсолютная уверенность в своей правоте. — Так уж и быть, у меня найдётся для вас несколько минут.

Она отдала короткую команду кому-то за пределами экрана, и изображение разделилось надвое. Левую половину по-прежнему занимало её лицо, правую — тактическая карта орбитального пространства вокруг Новой Москвы.