Книга Адмирал Империи – 59, страница 26 – Дмитрий Коровников

— Технически, если вы будете стрелять собственными руками, это уже не расстрел, а убийство, — заметил я задумчиво. — Но я ценю вашу приверженность ручному труду. В наш век автоматизации это редкость. Хотя, признаться, мне всегда казалось, что вы больше по части отдавать приказы, а не выполнять их лично.

— Не паясничай!!! — Суровцев ударил кулаком по подлокотнику своего командирского кресла. На заднем плане мелькнули испуганные лица офицеров «Новороссийска». — Ты думаешь, спрячешься в «Сураже»? Думаешь, я тебя там не достану⁈ Я буду преследовать тебя всегда и везде! Где бы ты ни спрятался — я тебя найду!

— Вот только топлива у тебя для этого нет, — усмехнулся я, позволив улыбке стать чуть шире.

Что-то изменилось в лице вице-адмирала. Краснота начала сменяться бледностью, а ярость — замешательством.

— Что?

— Топлива, Валериан Николаевич. Интария. Того самого вещества, без которого ваши корабли — просто очень дорогие и очень бесполезные куски металла. — Я развёл руками с притворным сочувствием. — Видите ли, когда вы решили прыгнуть напрямую сюда из столицы, минуя систему «Вязьма», вы потратили топлива примерно в пять раз больше, чем при стандартном прыжке. Очень нетерпеливо с вашей стороны. И очень… недальновидно.

Суровцев молчал секунду, переваривая услышанное. Потом его губы растянулись в нехорошую улыбку — улыбку человека, который думает, что у него ещё есть козырь в рукаве.

— Ты забываешь о топливных резервах на планете, Васильков. Цистерны на Смоленске-3. Их содержимого хватит, чтобы заправить мою эскадру раз десять.

— А, вы про те цистерны? — Я щёлкнул пальцами, словно вспомнив о чём-то совершенно незначительном. — Большие такие, на южном континенте? Рядом со старым космопортом?

Бледность на лице вице-адмирала стала ещё заметнее:

— Откуда ты…

— Видите ли, уважаемый Валериан Николаевич, — я откинулся в кресле, наслаждаясь моментом, — когда я прибыл в данную систему и укрался в промышленном комплексе, у меня было немного свободного времени. И несколько шаттлов с очень талантливыми сапёрами на борту. — Я картинно вздохнул. — Знаете, как это бывает — сидишь, ждёшь, руки чешутся что-нибудь сделать полезное. Нельзя же просто так прохлаждаться, пока враг летит тебя уничтожать.

— Ты не… — начал Суровцев, и его голос дрогнул.

Я посмотрел на Аристарха Петровича и кивнул. Старпом, который всё это время молча наблюдал за нашим обменом любезностями, нажал несколько клавиш на пульте.

На мостике «Новороссийска» — я видел это в углу экрана — началась паника. Операторы закричали, вскакивая со своих мест, указывая на мониторы:

— Господин вице-адмирал! Фиксируем множественные взрывы на поверхности планеты! Координаты совпадают с расположением топливных резервов!

— Что⁈

— Все цистерны… — голос оператора дрожал. — Все цистерны с интарием сдетонировали. Одновременно. Топлива на планете больше нет.

Я наблюдал, как меняется лицо Валериана Суровцева. Ярость уступила место растерянности. Растерянность — ужасу понимания. Ужас — новой волне ярости, ещё более жгучей, чем прежде. Его лицо прошло через всю палитру эмоций за считанные секунды.

— Ты… ты… — Он не мог найти слов, задыхаясь от бессильной злости.

— Не стоит благодарить за то, что я предоставил вам и вашим людям небольшой отпуск в живописной звёздной системе, — подхватил я с преувеличенной заботой. — Свежий вакуум, прекрасные виды на разрушенную орбитальную станцию, никакой суеты столицы. Уверен, первый министр пришлёт вам топливо. Рано или поздно. Когда найдёт время в своём плотном графике. Может быть, даже до того, как у вас закончатся запасы еды.