Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 93 – Софи Ирвин

Элиза ахнула. Разумеется, она знала, что леди Каролина ловко управляется с поводьями, это было общеизвестно, но совсем другое дело – убедиться в этом своими глазами.

— Леди Каролина!

Элиза ошеломленно поприветствовала возницу, и та остановила лошадей, нетерпеливо перебирающих копытами. Грум соскочил с коляски, чтобы их придержать.

— Я велела прикатить мой фаэтон из Элдерли, – объяснила леди Каролина, сверкая глазами. – И в преисподнюю расходы! Вам нравится?

— Великолепно, – выдохнула Элиза.

— Не хотите ли присоединиться? – спросила леди Каролина, вытягивая руку в приглашающем жесте. – Я уже прокатила леди Хёрли по улицам, но мне хочется, чтобы лошади хорошенько размяли ноги за городом.

Элиза помешкала. Высокий фаэтон выглядел очень ненадежным, хрупкий корпус висел прямо над передней осью, его дно возвышалось над землей на добрых пять футов. И наряд Элизы вряд ли подходил для конной прогулки – торопясь утром выйти из дома, она просто накинула сковывающий движения плащ на тонкое утреннее платье. Кроме того, если лондонцы не увидели бы ничего заслуживающего внимания в подобных поездках эксцентричной леди Каролины, то жители Бата расценили бы катание леди Сомерсет на фаэтоне как явление до опасного необычное.

Но ведь она помолвлена… почти помолвлена. Разве дни, когда она должна была вести себя осторожно, не миновали?

— С удовольствием, – решилась она на безрассудство.

Велев лакею возвращаться на Кэмден-плейс, Элиза с помощью грума забралась на фаэтон.

Она каталась на высоком фаэтоне лишь однажды – по приглашению некоего джентльмена во время ее первого сезона. Но то ли память ей изменила, то ли тот молодой кавалер был значительно более сдержанным возницей, чем леди Каролина, ибо ощущения были совершенно иными. Сказать, что поездка кружила голову, значило бы не сказать ничего. Фаэтон, в отличие от своей мирной кузины – ландо, не предлагал пассажирам никакой защиты. Если пешеходу день не казался особо ветреным, то тем, кто, угнездившись на высоком сиденье, передвигался со скоростью десять миль в час (по меньшей мере), ветер бил прямо в лицо. Когда они домчались до конца улицы, Элиза уже едва дышала. А когда они выбрались из Бата на окружающие город просторы, она, непроизвольно вскрикивая на каждом крутом повороте, отчаянно вцепилась в свой капор из страха, что ленты не удержат шляпку на голове.

Леди Каролина объехала город по широкой дуге и на обратном пути позволила упряжке замедлить шаг, чтобы пассажирки смогли разговаривать.

— Я так в этом нуждалась! – сказала возница, встряхиваясь, как ее лошади. – Мне необходимо время от времени проветривать голову, иначе она попросту не работает. Со времени нашего приезда сюда пишется мне с трудом.

— Должно быть, сложно заново приступить к работе после столь долгого перерыва, – заметила Элиза, подставляя лицо солнечным лучам.

— Перерыва не было. Я пишу всегда. Публикации – вот чего я избегала в последние несколько лет. После «Кенсингтона» поднялся такой ажиотаж, что мне пришлось на некоторое время отдалиться от общества.

— Вы – и отдалиться? – удивилась Элиза, не в силах скрыть недоверие.

Ничто в манерах собеседницы – такой бесстрашной и блистательной – не давало повода предполагать, что леди Каролину заботят скандалы.