Книга Измена на Первом Курсе, страница 38 – Мира Лаверн

— Иногда люди слишком много обещают в начале.

Я посмотрела на него.

— Ты сейчас про сценарий?

— Да.

— Точно?

— Да.

Я не поверила.

Но спорить не стала.

Удалила следующую реплику.

Потом ещё одну.

Финал пока не трогала.

— Допустим, я перепишу, — сказала я. — Кто сыграет?

Марк посмотрел на Арсения.

Тот сразу поднял руки.

— Нет.

— Я не предлагал.

— Ты посмотрел.

— Потому что ты стоишь напротив.

— Я оператор. У меня лицо человека, который должен находиться за камерой.

— Согласен.

— Спасибо.

Я закрыла документ.

— Видите? Никого.

— Можно спросить в театральной студии, — сказал Арсений.

— Они репетируют спектакль.

— У первокурсников.

— Им нужны пробы, время, графики.

— Тогда среди своих.

— Кто из своих?

Арсений начал перечислять.

— Антон слишком деревянный. Гоша отпадает по моральным причинам. Дима ниже Сони.

— Это почему проблема? — спросила я.

— Не проблема. Камеру придётся переставить.

— Арсений.

— Молчу.

Марк думал.

Я смотрела на него.

Тёмная рубашка.

Рукава закатаны.

Он знал весь сценарий.

Каждую сцену.

Каждый план.

На съёмках иногда показывал Никите, куда встать и как повернуться.

Но сама мысль показалась абсурдной.

— Нет, — сказала я.

Марк поднял глаза.

— Что?

— Даже не думай.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо.

Арсений усмехнулся.

— У него всегда такое лицо.

Марк не отреагировал.

— Есть вариант, — произнёс он.

Я уже знала.

И всё равно спросила:

— Какой?

Он выпрямился.

— Полностью меняем мужскую роль. Сокращаем сцены. Арсений берёт камеру и часть режиссуры на площадке.

Арсений перестал улыбаться.

— Подожди.

Марк продолжил:

— Я знаю текст, мизансцены и материал. Вводить нового человека не придётся.

— Марк, — сказал Арсений.

— Что?

— Ты не актёр.

— Снимался на втором курсе.

— В массовке.

— Было две реплики.

— Одна. Вторую вырезали.

Я смотрела на них.

— Вы серьёзно?

Арсений ответил:

— Я — нет.

Марк смотрел только на меня.

— Ты спросила, кто согласится войти в проект за несколько недель до дедлайна.

— И?

— Я.

— Ты хочешь играть Никиту?

— Нет.

— Тогда кого?

— Другого героя.

— История о нас.

— Была.

— Ты только что сказал, что видел его возле комнаты Кати и промолчал.

— Да.

— Теперь хочешь занять его место?

Марк выдержал мой взгляд.

— Не место.

— А что?

— Роль, которую ты перепишешь.

В комнате стало очень тихо.

Арсений первым отвёл глаза.

Марк сказал:

— Я возьму мужскую линию. Арсений — камеру. А ты перепишешь всё, что больше не хочешь говорить.

— Нет, — сказала я.

Марк даже не моргнул.

— Хорошо.

— И всё?

— Ты отказалась.

— Я отказалась от того, чтобы ты играл Никиту.

— Я не предлагал играть Никиту.

— Ты предложил встать на его место.

— Нет.

— А как это называется?

— Замена исполнителя.

Арсений потёр лицо ладонями.

— Я, конечно, люблю профессиональную терминологию, но сейчас она не поможет.

Марк не посмотрел на него.

— Мужскую роль можно переписать.

— А лицо оставить твоё?

— Именно так обычно и происходит с актёрами.

— Ты не актёр.

— Это уже сказал Арсений.

— И он прав.

— Возможно.

Меня раздражало его спокойствие.

Никита хотя бы злился, когда понимал, что теряет контроль. Повышал голос, перебивал, пытался перекроить разговор так, чтобы снова оказаться правым.

Марк просто стоял напротив и принимал каждый мой удар.

От этого хотелось ударить сильнее.