Книга Измена на Первом Курсе, страница 36 – Мира Лаверн

— Мы можем сделать новую версию.

— Можете написать новый сценарий.

— На той же основе.

— Без узнаваемых элементов Сониного текста.

— Это абсурд.

— Это авторство.

Никита усмехнулся.

— Ты защищаешь её, потому что тебе удобно занять моё место?

Марк замер.

Арсений тихо сказал:

— Ой.

Я почувствовала, как всё внутри напряглось.

Никита посмотрел на меня.

— Ты правда думаешь, я не видел, как он на тебя смотрит?

— Не смей.

— Что?

— Делать вид, что это я тебе изменяла.

— Я этого не сказал.

— Ты намекнул.

— Я только говорю, что Марк не нейтрален.

Марк встал.

— Осторожнее.

— Иначе что?

— Ничего. Просто осторожнее с формулировками, которые не можешь подтвердить.

— А ты можешь подтвердить, что не ждал?

— Никита, — сказала Катя.

— Что?

— Хватит.

Он посмотрел на неё.

— Ты на чьей стороне?

Катя побледнела.

Я увидела ответ раньше, чем она сказала.

Она не знала.

Пришла сюда как его новая девушка.

Но ещё не получила права спорить.

— Я ни на чьей, — произнесла она.

Никита кивнул.

— Удобно.

Те же слова.

Мои слова.

Он уже использовал их против неё.

Я почувствовала странную, почти болезненную ясность.

Катя действительно участвовала в обмане.

Она сидела у меня на кровати.

Лгала.

Успокаивала.

Но Никита не выбрал её вместо меня.

Он выбрал удобство.

Пока удобной была я — держал меня.

Теперь Катя должна была быть удобной.

Иначе быстро услышит то же самое.

Это не вызвало жалости.

Но помогло увидеть.

— Я не отдам ей свою роль, — сказала я.

Катя подняла взгляд.

— Я не просила.

— Ты пришла её получить.

— Я пришла поговорить.

— С ним.

— Да.

— Тогда не говори, что не просила.

Никита вмешался:

— Хорошо. Катя не будет сниматься.

Она посмотрела на него.

Он решил за неё так же легко, как минуту назад предлагал.

— Тогда кто? — спросил Никита. — Ты?

— Возможно.

— После того, что случилось?

— Что именно мешает?

— Ты не сможешь играть со мной.

— А кто сказал, что ты останешься?

Он рассмеялся.

— Без меня половина материала пропадает.

— Пусть.

— Двадцать четыре дня.

— Я умею считать.

— Ты не успеешь.

— Это не твоя проблема.

— Уже моя. Моё лицо в снятых сценах.

— Мы их удалим.

— Ты не можешь удалить мой вклад.

— Могу не использовать.

— Тогда проект не будет готов.

— Возможно.

— И всё из-за того, что ты не способна отделить работу от личного.

Я посмотрела на него.

— Ты предложил любовнице сыграть меня в фильме о нашей любви.

Никита открыл рот.

Не ответил.

— Это твоя профессиональная позиция? — продолжила я. — Сохранить собственное лицо, заменить женщину рядом и сделать вид, что история не изменилась?

Арсений тихо сказал:

— Сильно.

Марк посмотрел на него.

— Я молчу.

Никита захлопнул сценарий.

— Хорошо.

Он взял куртку.

— Закрывайте проект.

— Мы ещё ничего не решили, — сказал Марк.

— Без меня вы не успеете.

— Возможно.

— Удачи.

Никита направился к двери.

Катя осталась стоять.

Он обернулся.

— Ты идёшь?

Она посмотрела на меня.

Потом на экран.

На кадр, где Никита держал меня за руку.

— Да.

Катя вышла первой.

Никита задержался у двери.

— Когда успокоишься, поймёшь, что я предлагал разумный вариант.

— А ты когда-нибудь поймёшь, что разумным тебе кажется всё, где ты ничего не теряешь?

Он усмехнулся.

Но взгляд изменился.

Слова попали.

— Фестиваль через три недели, — сказал Никита. — Посмотрим, что вы сделаете без меня.