Книга Проклятая Мангазея, страница 5 – Константин Волошин

Настоятель благословил Тимофея, перекрестил и махнул ладошкой, мол, проваливайте с глаз долой, да побыстрее.

Тимофей ощутил волну ликования в груди. Едва забыл поклониться, но к руке настоятеля не подошёл, сообразив, что то может ему не понравится. Вышел за келарем. На крыльце остановился, глянул в тёмное небо. Погода явно портилась, обещая метель и потепление. Келарь двинул юного послушника в плечо, и Тимошка поплёлся на ослабевших ногах в трапезную. Монахи с молитвами уже выходили из-за длинного стола. Восхитительный дух еды вскружил голову Тимошке. Остановился на пороге, пропуская последних трапезников. Те недовольно поглядывали на отрока, крестились и спешно отходили. Всего в монастыре жило и молилось не больше двадцати монахов с настоятелем и прочими начальственными монахами.

— Ты тут сам управляйся, а я пойду, — буркнул келарь и вышел, оставив Тимошку одного. Тот бросился к столу и стал выскрёбывать из мисок остатки еды. Её было так мало, что поесть нормально не удалось. Зато появился его приятель, отец Никодим, и с радостным блеском в глазах спросил:

— Ты что тут делаешь, Тимка? Неужто отпустили раньше?

— Завтра утром с обозом иду. Настоятель приказал. У них людей не хватает, а я и так всем надоел, слава Богу! — и перекрестился. — Вот позволил, облагодетельствовал. Позволил объедки подобрать. А тут и подбирать-то нечего. Принёс бы мне чего из поварни, а?

— А поможешь мне там? — Никодим кивнул на дверь в поварню.

— Чего ж не помочь другу закадычному? Пошли, а то тут зря время теряю, и живот от всего этого, — оглядел мрачную трапезную, — колет и просит жратвы. Веди!

— Быстрее огляди миски и котлы. Сегодня я тут работаю. Выскребай всё, что заметишь. Смотри поосторожнее. Слишком много не ешь. Худо будет!

Всё же и тут еды оказалось совсем мало, но больше чем в трапезной. А через полчаса за ним пришёл монах, отец Гавриил, и с подозрением уставился на Тимоху. Глянул на котлы и со смешком заметил:

— После тебя и мыть не надо. Ладно, пошли со мной.

Тимофею выдали обещанное отцом Серафимом. Все старое, однако на Тимоху это не произвело никакого впечатлении. Он спешил одеться потеплее. Драный кожух, поеденный молью, оказался для него божьей благодатью. И унты ещё вполне сносные и не жмут. Значит, можно утеплить ещё. С трудом выпросил лишнюю пару портянок и теперь чувствовал себя боярином.

— Иди за мной, познакомлю с новым твоим начальником. Самым главным. То отец Яков из церкви монастыря Спасо-Прилуцкого. Поп ихний. Отвечает за доставку колоколов в Мангазею.

— А далеко та Мангазея? Где-то слышал ещё у тятьки, дома.

— Далеко, грешная твоя душа Тимофей. Не успели тебя постричь, да то теперь забота отца Якова.

Отца Якова нашли в келье. Он был не один. С ним были ещё трое, и в тесной келье они едва помещались. Зато было тепло. Провожатый оглядел с порога келью.

— Отец Яков, — позвал невысокого в длинной рясе священника. — К вам обещанного привёл. Второго отец Серафим не смог выделить, простите. Тимофеем кличут. Силой Бог не обделил, так что будете довольны. От работы не бежит. Правда, отощал малость, да то дело поправимо. Мы его накормили, одели. Берите и владейте.

Монах поспешил уйти, что Тимоху вполне устраивало.

— Значит, Тимофей? — переспросил отец Яков. Оглядел парня, заметил безразлично: — Спать сам место найдёшь, или как?