Книга Великолепная Софи, страница 104 – Джорджетт Хейер

Какое-то время он ехал молча, сдвинув брови и глядя куда-то между ушами своего коня.

— Что ж, – заговорил он наконец. – По крайней мере… Выходит, в любом случае вы советуете мне не впадать в отчаяние!

— Честно говоря, я не могу себе представить, – откровенно призналась Софи, – чтобы когда-либо мне пришлось советовать кому-то впадать в отчаяние. Не могу я выносить подобное трусливое состояние духа.

— Так как же вы тогда посоветуете мне поступить? – спросил он. – Похоже, я оказался полностью в ваших руках!

— Откажитесь от своего предложения! – заявила Софи.

Он резко повернулся к девушке.

— Но мне же стоит попытаться…

— Сегодня днем вы приедете на Баркли-сквер, – набравшись терпения, стала медленно объяснять Софи, – и попросите сделать вам одолжение и позволить побыть несколько минут наедине с Сесилией. Когда вы увидитесь с ней…

— Этого не получится. Она же сама не захочет! – возразил он с горечью.

— Она обязательно встретится с вами, поскольку я объясню ей, что ее долг это сделать. И не могли бы вы прекратить постоянно прерывать меня!

Он смиренно попросил прощения, и Софи продолжила:

— Когда вы с ней встретитесь, заверите ее в отсутствии у вас всякого желания причинить ей хоть малейшее страдание и пообещаете никогда больше не упоминать о случившемся. Вы проявите непомерное благородство и дадите ей осознать, насколько сильно ваше сочувствие и как вы ей сострадаете. Ну а еще лучше, если при всем при этом вы сумеете еще поведать Сесилии о своем разбитом сердце, хотя и будете старательно скрывать свои чувства.

— Решительно у меня создается мнение, что майор Квинтон или умолчал половину, или совершенно недооценивает реальное положение дел! – с чувством заметил его светлость.

— Весьма вероятно. Мужчины редко осознают, когда необходимо чуть-чуть слукавить. Не сомневаюсь, если бы я оставила вас на произвол судьбы, вы бушевали бы. Вы набросились бы на Сесилию с напыщенными речами, и все закончилось бы только ссорой. Вы бы больше не находили для себя возможным даже посещать этот дом. Но если она поймет, что вы не станете усугублять ее трагедию, она с удовольствием будет встречать вас так часто, как вам заблагорассудится. И вы преспокойно продолжите бывать в доме на Баркли-сквер.

— Но как я могу, если она обручена с другим? Или вы воображаете, будто я превращусь в страдающего от любви поклонника, не теряющего надежды пробудить жалость в груди Сесилии?! Вы глубоко ошибаетесь! А уж комнатной болонкой при ней я точно не буду!

— Да, гораздо лучше, – стараясь не терять терпение, продолжала объяснять Софи, – если вы начнете посещать Баркли-сквер ради меня. Естественно, вы не можете слишком уж внезапно переключить ваш интерес на меня. Поэтому постарайтесь уже сегодня изыскать возможность сообщить Сесилии, какой забавной и занимательной девушкой я вам показалась.

— Знаете, – задумчиво произнес он, – вы самая потрясающая представительница женского пола, с какой меня свела судьба! Вы заметили, я не говорю, случилось это к добру или на мою беду, поскольку я не имею ни малейшего понятия, чем все это завершится.

— Но вы послушаетесь меня? – смеясь, спросила Софи.

— Да, – пообещал он. – На пределе своих небольших способностей. Хотел бы я знать всю глубину этого таинственного плана, созревшего в вашей головке.