Книга Демон играет на нервах. Долго и дорого, страница 61 – Афина Туле

Я вальяжно, с неотразимым аристократическим изяществом повернулся к Алессии. Моя левая рука по-хозяйски, мягко, но намертво легла на её талию под полами серого плаща, притягивая ведьму вплотную к моему боку. Я почувствовал, как она резко, судорожно вздрогнула от неожиданности, как напряглось её тело, готовое вспыхнуть тёмными искрами магии. Но я чуть сильнее сжал её бок, передавая ей через ткань камзола уверенный импульс: «Сыграй. Просто доверься мне».

— И я бы попросил тебя выбирать выражения, Лоренцо, — продолжил я, поворачиваясь к Вайлдфайру и нагло оглядывая его с ног до головы. — Ты сейчас разеваешь свой рот на будущую леди Вельдмар. На мою невесту.

В кабаке установилась такая звенящая, мёртвая тишина, что было слышно, как в углу капает вода с дырявого потолка. Маги-ищейки в серых мантиях переглянулись в полном шоке. Стражники у дверей нерешительно замялись, не понимая, как реагировать на публичное заявление чистокровного баронского сына.

Лоренцо вылупил на меня глаза, а затем его губы исказились в злой, перекошенной от бешенства ухмылке.

— Невеста⁈ — переспросил он, откровенно издевательски. — Ты совсем сдурел от кабацкого пойла, Ксавий⁈ Эта уличная воровка, эта беспатентная дрянь — твоя невеста⁈ Ты пытаешься прикрыть своим поблекшим титулом обычную мошенницу, которую я через минуту отправлю на каторгу! Не смеши меня, Вельдмар. Твоя маменька скорее проклянёт тебя до седьмого колена, чем позволит этой грязи войти в ваш особняк. Ты бредишь.

— Моя маменька, как ты осведомлён, женщина со сложным характером, но до твоей ей ещё очень далеко, — ничуть не смутившись, парировал я, слегка наклонив голову. — Но дом Вельдмаров никогда не отказывался от своего слова и от своих женщин. Алессия под моей личной, родовой защитой. И если твои псы посмеют протянуть к ней свои грязные клешни, я буду расценивать это как личное оскорбление моему роду. Ты уверен, Лоренцо, что твой дом Вайлдфайров готов к войне с Вельдмарами?

— Ты блефуешь, — прошипел Вайлдфайр, и по его рогам пробежали мелкие тёмно-красные искры боевого огня. — Ты оборванец без гроша. Докажи эту нелепую связь! Докажи это сейчас, перед магами и стражей, или я арестую вас обоих за препятствие правопорядку!

— Доказательств захотел? — тихо прошептал я.

Внутри меня в этот миг оборвалось всё. Холодный расчёт, сценический блеф и циничная игра на публике мгновенно растворились в бешеном, подступающем к горлу потоке эмоций. Я видел перед собой лоснящуюся рожу палача Алессии. Я чувствовал за своей спиной её тонкое, застывшее от ужаса и старой боли тело. И я понял, что этот шаг изменит всё намертво.

Я не стал больше говорить ни слова.

Одним рывком я развернул Алессию к себе. Моя правая рука скользнула вверх по её шее, зарываясь пальцами в густые, шелковистые каштановые волосы, фиксируя её голову, а левая намертво впилась в её талию, прижимая ведьму к моему синему бархату.

Я наклонился и с размаху накрыл её губы своими.

Это должна была быть просто импровизация. Постановка ради спасения от ареста, дерзкий щелчок по носу Лоренцо. Но в ту самую секунду, когда наши губы соприкоснулись, мир вокруг «Ржавого киля» просто перестал существовать.

Алессия на долю секунды оцепенела, её дыхание перехватило, а тонкие пальцы инстинктивно упёрлись мне в грудь, собираясь оттолкнуть. Но вспыхнувший между нами поцелуй не имел ничего общего с фальшивкой. Он был чистый, жадный, дикий. Смесь её ведьминского страха и ярости, и мой первобытный, тёмный демонический огонь. Я целовал её глубоко, властно, со всей накопившейся за эти недели безумной страстью, отдавая ей всё тепло и защиту, на которые только был способен.