Книга Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну, страница 135 – Айштария Райс

Тайный храм Хаоса

Проход оказался уже, чем выглядел издалека.

За скрытой щелью в камне начинался древний ход, которого не было на обычных схемах нижних ярусов. Сначала — узкий коридор с грубо обработанными стенами, потом — крутой спуск, где пол уходил вниз спиралью, а воздух становился всё холоднее и тяжелее. Вода здесь почти не двигалась. Свет был рваным, редким, чужим. Не дворцовым.

Я шла второй — сразу за Арианом. Его ладонь лишь однажды скользнула по моему запястью, когда камень под ногами стал особенно скользким, но этого короткого касания хватило, чтобы внутри стало устойчивее. Не безопасно. Именно устойчивее. Будто мы уже умели держать друг друга даже в таких мелочах.

Зов тянул всё сильнее.

Теперь он не просто отзывался в каналах — вёл. Тонкой живой нитью. Болью. Страхом. Отчаянным ожиданием.

Чем дальше, тем отчётливее я чувствовала и другой след — старый ритуальный фон, пропитавший камень. Он был густым, вязким, мерзким. Не той силы, что течёт в гармонии с миром, а силы, которую ломали, вытягивали, заставляли служить.

Дворец остался далеко наверху. Здесь начиналось нечто иное.

Ход оборвался у трещины в скале, за которой открывалась огромная полость.

Я замерла.

Под нами лежал целый скрытый комплекс — древний, вросший в основание дворца так глубоко, что его можно было принять за часть природного разлома. Но природа не вырезает в камне концентрические контуры. Не ставит чаши на постаменты. Не тянет вдоль стен цепи креплений. Не выстраивает клетки.

Внизу был храм. Если это место ещё можно было назвать храмом.

В центре располагался ритуальный зал — широкий круглый уступ над чёрной водой. По полу тянулись врезанные канавки, когда-то, вероятно, служившие энергопроводами, а теперь почерневшие от чего-то иного. Вокруг стояли чаши — высокие, каменные, с потёками тёмного налёта по краям. За ними, в полутьме боковых ниш, темнели клетки.

И запах. Сырость. Кровь. Старая ржавчина. Тление. Боль. Меня затошнило. Я видела кровь. Много крови раньше, в сражениях. Сама забирала жизни, людей-врагов и чудищ. Но здесь… Убивали не в бою, не в защите. Я отчётливо видела на энергоуровне эманации загубленных здесь жизней.

Я вцепилась пальцами в каменный выступ, чтобы удержаться.

А потом увидела его. Потому что лишь один только его зов занимал всю мою душу, тянул и выворачивал от страха. Его страха.

На дальней ритуальной чаше, закреплённый тонкими, но сложными контурами, лежал дракончик.

Совсем не такой, каким я помнила его в первый миг. Тогда в нём ещё было что-то живое, настороженное, яростное. Теперь он выглядел слишком маленьким на этой холодной каменной поверхности. Беззащитным и невинным. Голубая чешуя потускнела. Бока вздымались часто, тяжело. Вдоль шеи и крыльев шли светящиеся линии энергии. Время от времени они вспыхивали, и тогда по телу дракончика проходила судорога. Видимо, контуры не только его удерживали, но ещё и обесточивали, причиняя боль.

И всё это отзывалось во мне так, будто по живому тянули уже мои собственные каналы.

Вот почему зов был таким. Не просто просьба найти. Мольба вытащить.

А за ритуальным кругом, где клубилась темнота в пространстве, размеры которого сложно было оценить, взглядом выхватила огромный силуэт животного. Свёрнутый в несколько колец, там лежал дракон, тот самый, что я видела на арене. На его чешуе виднелись свежие раны, полученные в том сражении. Великолепная когда-то чешуя слабо отсвечивала энергетические контуры, толстые, сильные. Они сковывали словно сеть это могучее и прекрасное создание. Он даже не сопротивлялся, не дёргался. Хотя, уже зная силу этого вида и его умение также проводить и использовать ток мира, и его разум, которым несомненно он обладал, дракон мог вырваться. Но почему он смирился? И тут меня осенило. Конечно! Малыш-дракон. Заложник. Вот секрет послушания этого создания. Ещё один повод призвать к ответу сумасшедших жриц!