Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 43 – Виолетта Вейл

— Я приехал за тобой.

— Ты не настоящий.

— Разве это имеет значение, если ты всё равно хочешь услышать меня?

Удар был точным.

Ветта сжала ладони.

— Не хочу.

Кайран сделал шаг.

— Ложь. Ты ждала три года. Каждое утро. Каждую ночь. Ты любила меня даже тогда, когда я молчал.

— Замолчи.

— Ты уйдёшь из лечебницы, если я попрошу не как князь, а как мужчина?

Голос дрогнул.

Так правдоподобно, что сердце Ветты болезненно сжалось.

— Если я скажу, что ошибся? Если попрошу простить?

Она закрыла глаза.

Вот оно.

Проклятие действительно надевало лица тех, кого любят.

И говорило теми словами, которых ждёшь больше всего.

— Настоящий Кайран не сказал бы этого, — прошептала она.

— А если скажет?

Ветта открыла глаза.

— Тогда я отвечу ему сама. Не тебе.

Лицо Кайрана изменилось.

Красота расплылась, глаза стали синими провалами, кожа покрылась трещинами льда. Он улыбнулся чужой, страшной улыбкой.

— Сердце всё ещё привязано. Лёд найдёт трещину.

Ветта подняла руку.

— Нет.

Золотой свет вспыхнул вокруг неё.

Снег под ногами растаял кругом. Образ Кайрана исчез, разлетевшись ледяной пылью.

И тогда она увидела дракона.

Астервейн лежал на боку, огромный, древний, прекрасный и ужасный. Его чешуя когда-то была серебряной, но теперь почернела от проклятия. В груди торчал синий кристалл. Вокруг него пульсировали тёмные жилы, оплетавшие тело.

Глаз дракона открылся.

В нём было не безумие.

Боль.

— Вейл, — произнёс он. — Поздно.

Ветта подошла ближе, хотя каждый шаг давался с трудом.

— Для чего поздно?

— Для меня.

— Тогда зачем вы зовёте?

Гигантский глаз медленно опустился к её животу.

— Наследник слышит ледяной престол.

Ветта похолодела.

— Какой престол?

— Тот, что спит под Севером. Тот, ради которого убивали детей. Тот, что выбирает не сильнейшего… а связанного теплом и льдом.

Она прижала ладонь к животу.

— Мой ребёнок?

— Ключ… или замок. Спасение… или война.

— Я не позволю.

Дракон закрыл глаз.

— Так говорила Лиана.

— Что случилось с её ребёнком?

Астервейн молчал.

— Скажите!

— Жив.

Ветта перестала дышать.

— Где?

Ответ пришёл не сразу.

— Среди тех, кто забыл имя.

Равнина задрожала. Где-то далеко голос Рейнара звал её, но звук тонул в треске льда.

Астервейн снова открыл глаз.

— Освободи меня, Вейл.

— Как?

— Не лечи. Отпусти.

Ветта поняла.

И ужаснулась.

— Вы хотите умереть.

— Я хочу перестать быть дверью для проклятия.

Синий кристалл в его груди вспыхнул.

Ветта увидела на миг не равнину, а реальный коридор. Рейнар держал дверь обеими руками, Марта кричала где-то позади, стены покрывались льдом. Печать трескалась.

Если Астервейн вырвется, лечебница погибнет.

Если останется — проклятие будет ждать нового ключа.

Её ребёнка.

Ветта подошла к груди дракона и положила ладонь на кристалл.

Боль была такой силы, что она не смогла даже закричать.

Её бросило на колени. Перед глазами вспыхнули чужие смерти: ледяные коридоры, падающие лекари, Лиана у двери, ребёнок в золотой ткани, Рейнар молодой, окровавленный, кричащий кому-то: «Не закрывай меня снаружи!»

А потом — Кайран.

Уже настоящий? Нет. Только память льда.

Маленький мальчик в холодном зале, которому отец говорит: «Дракон не просит любви. Дракон берёт долг».

Ветта стиснула зубы.

Нет.

Она не будет брать чужую смерть в себя.

Она станет дверью.

— Лечебница, — прошептала она. — Помоги.