Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 18 – Виолетта Вейл

— Это безопасно для ребёнка?

Впервые с их встречи Рейнар ответил без насмешки:

— Да.

И этого оказалось достаточно.

Отвар был горьким, терпким, но после нескольких глотков по телу разлилось мягкое тепло. Ветта почувствовала, как дыхание выравнивается.

Марта села рядом, всё ещё настороженно поглядывая на лекаря.

— Вы живёте здесь один?

— Да.

— Двадцать семь лет?

— Нет. Иногда ухожу. Иногда возвращаюсь.

— Почему?

Рейнар подошёл к окну и чуть отодвинул ставню.

— Потому что кто-то должен следить, чтобы мёртвое не вышло наружу.

В комнате стало очень тихо.

Ветта поставила чашку.

— Что случилось в этой лечебнице?

Он долго молчал.

Огонь освещал его лицо неровно, делая резче скулы, глубже тени под глазами.

— Когда-то это было лучшее место на Севере. Сюда привозили тех, кому не помогали ни придворные маги, ни клановые лекари. Людей после драконьего огня. Детей с ледяной хворью. Самих драконов, когда их сила начинала пожирать тело. Здесь работали хранительницы Вейл.

Ветта подняла голову.

— Вейл?

Рейнар посмотрел на неё.

— Вы не знали.

Это был не вопрос.

— Мой род южный.

— Теперь — да. Когда-то нет.

Ветта почувствовала, как холод возвращается, несмотря на огонь.

— Магистр Северин сказал что-то похожее.

— Северин слишком любит недоговаривать. Это делает его похожим на приличного человека.

— А вы?

— А я давно перестал быть приличным.

Марта скрестила руки.

— Это заметно.

Рейнар проигнорировал её.

— Род Вейл был родом целителей. Не простых лекарей. Хранителей равновесия между человеческим теплом и драконьим льдом. Без них ледяные драконы сходили с ума чаще, чем хотели признавать.

Ветта медленно провела пальцами по чашке.

— Почему я ничего не знаю?

— Потому что историю пишут победители. А потом переписывают те, кому стыдно.

— Что случилось?

Рейнар отвёл взгляд к огню.

— Двадцать семь лет назад последняя хозяйка лечебницы отказалась отдать драконьему князю ребёнка, рождённого с силой древнего льда. Кланы решили, что она предательница. Лечебницу взяли штурмом.

Ветта перестала дышать.

— И?

— Почти все погибли.

Марта тихо спросила:

— А ребёнок?

— Исчез.

Огонь треснул в камине.

Ветта услышала собственное сердцебиение.

— Почему печать открылась мне?

Рейнар посмотрел на её живот.

— Возможно, не только вам.

Она резко прикрыла живот рукой.

— Нет.

— Я не собираюсь забирать вашего ребёнка.

— Все так говорят перед тем, как забрать.

Рейнар на мгновение стал совсем серьёзным.

— Я видел, как забирают детей именем власти, крови и долга. Поэтому и живу здесь, среди пыли и скверного настроения. Чтобы, если история решит повториться, хотя бы кто-то встал у двери.

Ветта долго смотрела на него.

Ей хотелось не верить. Но усталость была слишком глубокой, а его слова — слишком похожими на правду.

За окном завыл ветер.

Где-то далеко, очень далеко, ответил рог.

Марта вздрогнула.

— Они вернутся.

— Да, — сказал Рейнар. — Но не сразу. Им нужно доложить князю.

Ветта закрыла глаза.

Кайран приедет.

Не завтра — так на рассвете. Не один — с властью, с правом, с тем холодным спокойствием, против которого она слишком долго была беззащитна.

— Я должна уйти до утра, — сказала она.

— Нет.

Она открыла глаза.

— Вы не имеете права меня удерживать.

— И не буду. Хотите умереть в лесу — это ваша личная склонность к драме. Но сейчас вы не дойдёте даже до ворот. Сила забрала слишком много. Ребёнок тоже.