Книга Дыхание дракона, страница 139 – Фонда Ли, Шеннон Ли

— Ответ не может быть найден в половине целого. Небо и Земля едины. – Танг схватил руку юноши, испачкав его рукав кровью. – Вы должны бежать.

Только теперь Джун заметил, что снаружи больше ничего не слышно. Неужели всех убили или куда-то увезли? А может быть, Кобу вернулся? Юноша посмотрел на заколоченные двери, затем на страшную дыру в полу, которая была его единственным спасением.

— Простите меня!

Однако Танг не ответил; его грудь больше не вздымалась, руки безжизненно лежали на полу.

Глядя на Танга, Джун испытывал такую душевную боль, какую не мог бы сформулировать словами. Он знал управляющего всего один день, и вот теперь тот мертв. Ради чего?! Все они: и Кобу, и Чанг, и Яма – были готовы обманывать и пренебрегать другими ради чего-то, чего никто из них толком не понимал. Если Свиток был подарком Дракона и его Благословенной Супруги человечеству, то почему он причиняет столько страданий и боли?

— Я найду Свиток, – торжественно произнес Джун над телом бездыханного Танга.

Окрыленный вновь обретенной решимостью, он начал спускаться в туннель. Зажав в одной руке лампу, другой держась за металлические скобы, юноша медленно пополз вниз. Навалился парализующий страх замкнутого пространства. Джун постарался сосредоточиться на том, чтобы ощупывать каждую ступеньку – проверяя, выдержит ли она его вес, – а затем перемещать руки и ноги.

«Как далеко уходит эта шахта?»

Из соседней комнаты донесся шум, скрежет передвигаемых тяжелых предметов. Солдаты Кобу вернулись и стали отдирать доски, прибитые к двери Зала Свитков. И в этот момент правая нога юноши коснулась земли. Он отпустил руки и прыгнул. И тут же все его тело пронзила острая боль. С трудом подавив крик боли, Джун повел лампой по сторонам. Луч света заплясал по каменным стенам, пока с одной стороны не ушел во тьму, открыв проход достаточно высокий, чтобы пройти не приседая.

Из комнаты наверху донеслись крики ярости. Чувствуя, как сердце колотится чуть ли не в горле, Джун нырнул в темноту.

Казалось, туннель тянется бесконечно. Джун чувствовал себя рыбой, которая изо всех сил плывет против мощного течения и все равно остается на месте. Отражаясь от стен узкого коридора, тяжелое дыхание юноши звучало громче, чем шум преследующих его солдат.

Он бежал, пригнувшись, держа лампу перед собой, и старался не думать о том, что может удариться головой о низкий потолок или споткнуться на неровном полу. Каменные стены были сплошь покрыты грязью; ноги то и дело шлепали по лужам – видимо, туннель периодически затапливало, когда вода в озере поднималась от сильных дождей. Масло в лампе заканчивалось; как только свет погаснет, выход придется искать на ощупь.

По крайней мере, он не умрет здесь как в ловушке – на него неизбежно наткнутся солдаты Кобу. Отягощенные оружием и доспехами, двигались они медленно и строго по одному, но были хорошо мотивированы: никому не хотелось быть гонцом, доставившим генералу весть о побеге Хранителя.

«Благословенная Многорукая Богиня, помоги мне!»

Слабое дуновение ветерка коснулось лица Джуна, заставило закачаться лампу в его руках. Окрыленный надеждой, он прибавил скорости. Там, откуда дует ветерок, там и выход. И тут же, вспыхнув в последний раз, лампа погасла. Мгновенно ослепнув, Джун выругался. Минуту, показавшуюся ему часом, он пробирался, изо всех сил напрягая глаза и старясь хоть что-то разглядеть. Затем темнота вокруг стала редеть; впереди появился еле заметный клочок бледно-серого вечернего неба. Юноша отбросил в сторону бесполезную лампу и, держась руками за стены, рванул к спасительному кругу. Ветерок становился все сильнее, маняще свежим и прохладным. По мере приближения к выходу туннель становился уже, пока наконец не вывел на узкую полоску из грязи и камней у самой кромки воды.