Онлайн книга «Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти»
|
— Вы предали германский народ! — с надрывом перечислял он. — То, что вы сделали, ничем, как изменой фюреру, не назовешь! Ваши действия равносильны удару ножа в спину самоотверженным солдатам вермахта! Тем самым доблестным бойцам, которые проливают свою кровь, воюя с преступным режимом большевиков!.. Переведя дыхание, Редер вперил свой злобный взор в Ильзе. — Взгляните на них, уважаемые судьи, — процедил он, делая широкий жест рукой. — Кто сидит перед вами? Люди, которые руководствовались какими-то соображениями или идеями? У них были какие-то цели? Нет! В основе мотивов подсудимых были исключительно низменные чувства! Советская военная разведка щедро оплачивала труд этих предателей, которые за тридцать сребреников продавали секреты великой Германии! Ильзе слушала прокурора с бесстрастным лицом. Лживые и порою оскорбительные высказывания обвинителя совершенно не затрагивали ее душу. С таким же успехом Редер мог пытаться расшевелить каменную глыбу, швыряя в нее песок либо поливая водой. Прокурор бесновался, изрыгая обвинения и проклятия «предателям», и его слова плыли, как обрывки старой размокшей газеты, которую гонит весенний ручей. Ильзе едва вслушивалась в суть его речи… Она смотрела сквозь судью, прокурора, тюремную охрану, черные шторы и видела своих друзей и близких, которые были так дороги ее сердцу. Причем незримая пленка жизни Штебе словно отматывалась назад. Вот они с Карлом стоят в парке и он нежно целует ее, делая предложение. А здесь Ильзе с матерью готовят жаркое, они шутят и смеются… Вот Гернштадт… А это ее брат Курт Мюллер — как он там сейчас?!. Она с трудом стряхнула с себя обрывки трогательных воспоминаний, услышав низкий голос председателя суда. Оказалось, Крелль уже несколько минут зачитывал приговор. Он говорил намного быстрее и тише прокурора, и Штебе с огромным трудом удавалось понять, о чем идет речь. Единственное, что она смогла уловить, это «пособничество врагу» и «шпионаж». Собственно, дальше можно было и не слушать. — …была зачитана описательно-мотивировочная часть приговора, — известил судья. — Резолютивная будет готова после того, как приговор утвердит фюрер… Как только он закончил, к судье метнулся адвокат Шелия, положив на стол какой-то документ. Как позже узнала Ильзе, это было прошение о помиловании. Спустя несколько минут приговор был отправлен курьером в имперскую канцелярию. Ознакомившись с приговором, Гитлер вынес свое решение, которое уже не имело обратной силы. По сути, это был военный приказ. Сутки пролетели для Ильзе как одна секунда. В какой-то момент ей даже показалось, что она никуда не выходила из зала суда. И путь, проделанный Штебе до камеры и обратно в зал заседаний, который больше напоминал изощренную пытку, не оставил в ее памяти следа. Мысленно Альта приготовила себя к самому худшему. В отличие от Шелия, который, похоже, все еще продолжал надеяться на чудо. Наконец утвержденный фюрером приговор вернулся в суд, и председатель Крелль поднялся со своего судейского кресла, на котором пестрело изображение орла и свастики. Надетая на нем черная мантия делало судью похожим на гигантскую летучую мышь. — Распоряжение фюрера по приговору военно-полевого суда в отношении Ильзе Штебе и Рудольфа фон Шелия, — сухим отрывистым голосом заговорил Крелль. — «Я утверждаю приговор имперского военного суда от 14 декабря 1942 года в отношении бывшего советника посольства Рудольфа фон Шелия и редактора Ильзе Штебе… Ходатайство о помиловании Шелия отклоняю. Приговоры привести в исполнение, а именно: в отношении Рудольфа фон Шелия — путем повешения. Ильзе Штебе смертный приговор привести в исполнение посредством отсечения головы…» |