Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 216 – Елизавета Дворецкая

— А если он просто приедет за ней?

— Или ты договоришься с ним, или нет. Но ведь без его согласия ты все равно ее за себя не возьмешь?

Хальвдан только махнул рукой. Судьбоносная женитьба на прекрасной знатной деве оказалась не таким легким и приятным делом, как виделось в мечтах. Честно говоря, он и сам уже думал, что слишком еще молод и не лучше ли подождать лет пять-шесть… восемь-десять… Пока не подрастет та, другая Рагнхильд, что сейчас в Хрингарики играет в куклы и варит им похлебку из песка и листиков… И молить Фрейю, чтобы у той другой Рагнхильд нрав оказался помягче!

И вот войско Хальвдан Черного тронулось по Верме на юг, назад к Вингульмёрку. При прощании Рагнхильд висла у Хальвдана на шее, заливалась слезами, будто провожала его на смерть, молила возвращаться к ней поскорее, но новые предложения ехать с ним в Агдир отвергла. Дагрун тоже плакала, расставаясь с госпожой, которая с семи лет была ей как сестра, но ей Рагнхильд лишь холодно кивнула. Дигральди испросил разрешения жениться на Дагрун, и Рагнхильд, выяснив, что жить они будут не при Хальвдане, а на Вороньем острове, дала согласие и даже вручила ему серебряное обручье весом в марку: простой девушке такого приданого достаточно, чтобы считаться законной женой.

Без приключений Хальвдан с войском прошел по Верме, потом по Рауму и под вечер седьмого дня прибыл на Вороний остров. Здесь задержались на несколько дней: убедились, что в Вингульмёрке все спокойно, и справили свадьбу Дигральди. Дагрун выглядела грустной, но улыбалась. Внезапная холодность Рагнхильд разбила ей сердце, но в остальном, как она считала, судьба ее не обидела: Дигральди она нашла приятным человеком, а его положение управителя конунговой усадьбы обеспечивало почет и достаток.

Простившись с ними, Хальвдан двинулся через море дальше на юг, к Скирингссалю и Агдиру. В Скирингссале он увиделся с Олавом и рассказал ему обо всех своих свершениях. Олав и его приближенные только охали, слушая, как Хельсинг похитил дочь Харальда из Согна для Сигтрюгга, но в итоге почти что вручил ее Хальвдану, избавив его от труда самому ездить в такую даль. Олав и королева Торфинна, как люди осторожные, одобрили желание Хальвдана сперва договориться с Харальдом, а потом уж брать его дочь в жены.

— Да отчего же она не захотела приехать к нам! – всплескивала руками Торфинна, которой было бы приятно принять у себя девушку, прославленную такими приключениями. – Да разве ей было бы у меня плохо? Станет она моей невесткой или нет, я принимала бы ее, как родную дочь! Ни честь, ни благополучие ее здесь ничуть не пострадали бы!

— Я был бы рад видеть Рагнхильд в твоем доме, родственница, но она твердо решила жить по своей воле, – отвечал Хальвдан. – Если ты и Олав того пожелаете, я не возражаю, если ты пошлешь к ней и пригласишь к себе. Мне, конечно, было бы спокойнее, живи Рагнхильд если не в Кунгсхольме, то в Скирингссале.

— А если она так упряма и своевольна, что не слушает никого, то я бы тебе советовала еще раз подумать, нужна ли тебе такая жена! – прямо сказала Торфинна.

— Я думал об этом не раз, – вздохнул Хальвдан. – Но если она суждена мне, то придется одолеть и эту сложность судьбы. Уйти от нее ведь все равно нельзя.

Погостив у брата несколько дней, Хальвдан оставил в Вестфольде ту часть войска, что собрал здесь, и двинулся дальше с людьми из Гренланда и Агдира. До Асы уже доходили слухи о его делах, и она ждала сына с большим нетерпением. Когда он наконец вступил в дом, в котором вырос, Аса вышла ему навстречу, сияя, как золоченый рог, который держала в руках.